Сентябрь 1944 года был обильно насыщен событиями большой международной политической важности: 1 сентября советские войска заняли Бухарест, 5 сентября я услышал по радио о выходе Финляндии из войны, 6 сентября советские войска вышли на границу Югославии. Вдохновленные победоносным наступлением советских войск, НОАЮ и партизаны повсюду яростно нападали на фашистских оккупантов.
Естественно, советским транспортным кораблям, летавшим в Югославию, работы в воздухе намного прибавилось. За два месяца - сентябрь и октябрь - наш экипаж совершил тридцать семь вылетов к бойцам НОАЮ и партизанам в Сербию, Боснию, Словению, Хорватию, Черногорию, на далматинское побережье. Я говорю только об одном нашем экипаже, а ведь их было много…
Беспрерывно под покровом ночи пересекали мы Адриатику. Обычным стало появление краснозвездных птиц в горных ущельях и долинах, над бурными речушками и густыми лесами - словом, всюду, где находились и действовали отряды бесстрашных патриотов. И всюду нас встречали с восторгом и благодарностью за помощь, оказываемую советскими людьми национально-освободительному движению балканских народов. [117]
Однажды в портовом городе Бриндизи погрузили в каждый самолет по две 76-миллиметровые пушки, доставленные из Советского Союза, и с наступлением темноты мы отправились на партизанскую площадку вблизи города Ужице.
Когда до этого мы летали с разного рода военным снаряжением для партизан, все было ясно и понятно. А когда на борту моего самолета появились длинноствольные орудия, которые заняли всю грузовую кабину, то я, признаться, призадумался: зачем нужны пушки партизанам? Ведь орудия для них - помеха в дерзких налетах, быстрых переходах, разве входит в их тактику штурмовать крепостные стены, осаждать города? И здесь ловлю себя на слове: а разве в пылающей войной обстановке, когда решалась судьба жизни и смерти страны, до правил ли было народным мстителям?! Им некогда было заниматься теорией. Правила, тактика рождались в героических походах, непрерывных сражениях с ненавистным врагом.
Вспомнив историю, как с помощью артиллерии партизаны одерживали победы над врагом, я перестал сомневаться, нужны ли пушки партизанам, и даже с удовольствием смотрел на грозные стволы, которые, быть может, заставят капитулировать еще не один гарнизон врага. Только не опоздать…
Пролетев над волнистыми горными отрогами, перетянув через речушку, мы приземлились на площадке альпийского луга и передали груз партизанам.
Пушки на самолетах возили и в другие места, где части НОАЮ готовились с тыла бить до зубов вооруженного врага. Таким «избранным» местом оказалась небольшая площадка Дивцы, принявшая нас впервые Дождливой ночью 5 октября 1944 года, а затем еще четырежды - 6, 7, 15, 21 октября, в самую горячую пору боев за освобождение столицы Югославии - Белграда.
Еще о дивцах
Дивцы, Дивцы… Еще об одном полете туда хочу рассказать.
15 октября наш экипаж доставил на площадку Дивцы к действующим частям офицеров штаба НОАЮ.
Затерявшееся в горных склонах местечко Дивцы расположено [118] в восьмидесяти километрах к юго-западу от Белграда. Отсюда подготавливалось наступление Народно-освободительной армии на столицу.
…За окном кабины сплошная облачность. Хлещет холодный дождь, самолет начинает обледеневать. Пока это обстоятельство не страшит: машина оборудована противообледенительным устройством, кромка крыла обтянута резиной, образующей своего рода отсеки - камеры, куда поступает воздух. Волнуюсь за другое: как бы не проскочить Белград, тогда цели не найти!
За дождем по-прежнему ничего не видно, «дворники»-стеклоочистители мало помогают. Но вот прямо под нами сквозь мутную сетку дождя блеснула водная гладь Дуная. Меняем курс. Еще немного - и видим цель. Пускаем условную красную ракету. В ответ один за другим зажигаются сигнальные костры. Свет их то и дело затягивается дождевой завесой.
А как садиться? Сколько времени тут идет дождь, каков грунт на посадочной площадке, не размякла ли она? Короткое совещание с членами экипажа и единодушное мнение - садиться. Эх, была не была!… Поравнявшись с кострами, самолет мягко опустился на землю. Я затаил дыхание: что-то будет? Не покалечить бы машину! Но нет, самолет катится, грунт хороший, значит, не завязнем в грязи и обратно взлететь сможем.
Вокруг самолета собрались бойцы и офицеры Народно-освободительной армии Югославии. Откуда-то появились музыканты, начались танцы. Шел противный мелкий дождь, вода хлюпала под ногами, но никто не замечал этого. Девушки-партизанки затащили в круг и наших летчиков. На площадке шла веселая пляска при свете факелов…
Офицеры штаба НОАЮ и две машины «виллис» были доставлены нами в Дивцы в эту ночь.
А через несколько дней, 20 октября, высшие командиры югославской армии въехали в освобожденный от гитлеровцев Белград.
28 октября 1944 года маршал Тито, выступая в Белграде перед участниками парада югославских войск, заявил:
