— Ужинаете вы сегодня у нас. Я уже почти все приготовила. Макс скоро подъедет.
— Саша, давай я тебе помогу, — смущенно проговорила Ева.
— Не, ненужно, я уже почти закончила. Сладкое привезет Максим.
— Мелкая, будешь сегодня моим десертом? — Саша ушла и я устав от споров, решил немного расслабиться.
— Много сладкого вредно для здоровья!
— Откажусь от всего, что привезет Шеф. В этом случае я могу надеяться, что мне достанешься ты?
— Почему Шеф? — решила Ева схитрить и перевести тему.
— Не выйдет, Мелкая, — поднял ее лицо за подбородок и заглянул в глаза. — Я могу рассчитывать на то, что ты позволишь мне слизать?..
— Нет! — перебила она.
— Слизать десерт с твоих губ? — наклоняясь к ее уху, договорил предложение. — Один поцелуй, Ева?
— Нет, нет, нет! Я мечтаю не о тирамису, а о чесночном соусе! — довольно улыбнулась она.
— Обожаю чесночный соус! — засмеялся, увидев ее удивленно округлившиеся глаза. — Маленькая репетиция. — накрыл ее сладкие чувственные губы своими. И пусть на словах она пыталась мне противиться, но ее тело не лгало. Ева ответила на поцелуй, подалась ко мне, приоткрыла рот, впустив язык внутрь.
Руки сжал в кулаки, чтобы не забыться. Я и так уже был готов долбить членом стены! Начну ее ласкать и сорвусь! Какая же она вкусная! Нежная, податливая!
Оторвался от нее и меня даже повело, словно я немного перебрал изысканного вина!
— Мелкая, ты даже не представляешь, что бы я с тобой сделал, если бы не твое ранение! — срывающимся голосом произнес я. Откинул голову на спинку дивана, мне требовалось срочно остыть.
— Нам нельзя! — Ева тоже находилась под действием «поцелуя», голос ее немного дрожал, но в отличие от меня владела собой лучше. — Не хочу, чтобы ты когда-нибудь пожалел, что я ворвалась в твою жизнь.
«Что за хрень несет Мелкая? Любит она говорить загадками!»
Ева
Попрощавшись с друзьями Игната, мы сели к нему в машину. Я попыталась еще раз заговорить о том, чтобы вернуться к себе, но он даже не ответил. Строго посмотрел на меня, завел автомобиль и тронулся в сторону своего дома.
То время, что мы провели с Сашей и Максом, чувствовала напряжение Воронова. С чем это было связано, выяснилось позднее.
— Мелкая, почему я должен пожалеть, что ты ворвалась в мою жизнь? — неожиданно прилетел мне вопрос. Игнат серьезно поглядывал на меня и ждал, что я отвечу.
Я необдуманно произнесла эту фразу, и почти сразу же пожалела об этом, но когда Игнат никак не отреагировал, успокоилась. Оказывается, он не пропустил мои слова мимо ушей. Промолчать не получится.
— У меня много причин, чтобы так говорить.
— Озвучь. — уверено ведя по трассе автомобиль, он повернулся в мою сторону.
— Если между нами завяжутся отношения, у тебя начнутся неприятности. Как долго мы сможем прятаться и скрываться ото всех? А если это дойдет до декана? Борис Евгеньевич же отец твоей невесты.
— Это мои проблемы и я их решу! — жестко оборвал он меня. — Я никогда не перекладываю ответственность на других и винить тебя мне не в чем. Это все, что тебя беспокоит?
— Да, — замялась я, прежде чем ответить. Не рискнула во всем признаться! Между нами все так зыбко, один неверный шаг и нас снова отбросит друг от друга в разные стороны.
Всю оставшуюся дорогу мы проговорили об учебе. Игнат обещал дать мне свои лекции, чтобы я эти дни спокойно готовилась. Ведь цикл заканчивался, до экзамена оставалось мало времени.
— А… что мне делать с отработками? — пока он в таком доброжелательном расположении, решила поинтересоваться я.
— Отрабатывать, Кузьмина! Отрабатывать! Роман с преподавателем не снимает с тебя наказания, — усмехнулся Воронов.
— Не знала, что у нас роман, Игнат Валерьевич. — покачала я головой, изображая удивление.
— Как только поправишься, я тебя просвещу.
— Можете и сейчас. Я абсолютно здорова.
— Сейчас только на словах, Мелкая, и не искушай!
— Ничего подобного я и не собиралась делать. Меня волнует только одно, как скоро я могу добраться до твоих… лекций.
— Сегодня ты не будешь заниматься. — в своей строгой манере ответил Коршун. Спорить не стала. Я ощущала усталость, хотела скорее добраться до душа, частично обмыться и просто немного полежать.
Мы подъехали к дому Игната. Он открыл дверь, намеревался взять меня на руки, но я воспротивилась.
— Я сама дойду. Не знаю, что ты мне уколол, но я совсем не ощущаю боли, носить меня нет необходимости.
Еще не было и девяти вечера. Разгулявшаяся утром стихия к вечеру утихомирилась. Во дворе дома Игната на детской площадке можно было застать мам с колясками, которые прогуливались с детьми перед сном.
В лифте мы оказались одни. Только двери кабинки закрылись, Игнат прижал меня своим телом к стенке. Не сильно, почти не касаясь, но жар медленно стал растекаться по коже. Сердце учащенно застучало.
— Я требую свою порцию десерта, — произнес мне прямо в губы, и прихватил своими губами мою нижнюю, потянул немного, а потом облизнул. — ты слопала две порции торта, пришло время вернуть.
— Жаль, там не было чесночного соуса, — засмеялась я, но нервно. Его ласки не оставили меня равнодушной. — А от торта ты сам отказался.
