Прежде чем выехать я набрал Еве. Все-таки решил взять ее с собой, надеясь, что родители не встанут в позу. Но Мелкая не подняла. Вернусь в город, расставлю все по своим местам.
Дорога заняла у меня чуть больше часа. Выехав из города, я мог смело давить на газ.
Подъехав к особняку, посигналил у ворот, они автоматически открылись. Навстречу мне вышли друзья. От них пахло дымом… и коньяком.
— Я как знал. — достал с заднего сидения бутылки и передал хозяину дома.
— Мы согревались на свежем воздухе, — усмехнулся Алмаз. — А ты приехал на все готовое, тебе не наливаем.
— Я бы поел чего-нибудь. — сейчас понял, что оказывается ужасно голоден.
— Ну, идем, — стукнул меня по плечу Рома.
— Подожди, я тут Лизе конструктор взял, — снова полез в салон автомобиля.
— Она осталась с родителями и Ренатом. Если бы не школа, она бы все время проводила с братом.
— Дома значит отдашь. — забрав коробку, Алмаз переложил ее в свой автомобиль.
— Идем в кухню, стол девушки решили накрыть там.
У Шефер большая гостиная, но сегодня мы собрались маленьким составом, поэтому вполне комфортно нам будет и в кухне, она у них тоже не маленькая — чуть меньше ледового стадиона.
Катя что-то мыла у раковины, Саша резала хлеб. А я смотрел на Мелкую и испытывал странные желания: мне хотелось ее задушить и поцеловать одновременно.
«Прилежная студентка» стояла за барным столом и что-то там резала. Она смотрела на меня, а не на нож. Хорошо, что он у нее выпал из рук, а то бы точно порезала палец!
— Привет, Ворон!
— Илья Муромец, рада тебя видеть, — поздоровались со мной девушки. Мелкая продолжала молчать.
— Привет, — поздоровался со всеми, но смотрел только на нее. Еще немного и я начну улыбаться, так кайфово мне было оттого, что она здесь.
— Я думала ты уже не приедешь, Игнат. Извини, но в твою спальню я заселила Еву. — у Саши не очень помучалось лукавить, ее хитрость была мною тут же разгадана. Друзья молча наблюдали за всем, стоя у меня за спиной.
— Я могу съехать. Вещи я не разбирала, — заговорила Мелкая.
— Ты останешься там, где тебя поселили. Вместе со мной, — пока вновь не вмешалась Саша, твердо произнес я. — Будешь всю ночь заниматься, раз днем не нашла время. — стал приближаться я к ней. — А злой преподаватель проследит, чтобы ты все темы усвоила. У нас же в приоритете учеба, учеба и еще раз учеба?! — встал я рядом с ней, почти касаясь одежды.
«Если она и дальше будет так на меня смотреть, я ее при всех поцелую!»
— А можно сразу и отработки сдать? — невинно хлопая глазками, спросила меня Мелкая. «Отработки» в моем воображении приобретали все более четкие картины.
Пора девочке дать понять, ко в наших отношениях главный. Будет знать, как меня провоцировать. Притянув ее к себе, шепнул негромко:
— Я соскучился, Мелкая. — и накрыл ее губы своими.
Не церемонясь, раздвинул ее теплые пухлые губы языком и проник внутрь. Я целовал ее так, как хотел: влажно, горячо. Касаясь ее терял голову. Эта девочка вызывала незнакомые мне ранее чувства: острые, режущие, не дающие покоя, не знающие тормозов, которыми невозможно пресытиться.
*** ***
Ева
Саша помогла мне обмануть Лазаря. Вместо того чтобы ехать к ним, они с Максом заехали за мной в общежитие. Брат отказался уезжать. Конечно, Сашу и Максима он узнал. Догадался, что в платной палате под одеялом пряталась я.
По возвращению меня ждет допрос. Надо придумать, как объяснить то, что мой преподаватель положил меня в коммерческую палату и заплатил за нее из своего кошелька.
Катя и Рома мне понравились. Саша предупреждала, что Алмазов мужчина суровый, но ко мне он отнесся вполне дружелюбно. Между ним и Катей такие искры летали… Да что там искры, он при каждом удобном случае зажимал ее где-нибудь в уголке.
— Он три дня в командировке был, прилетел и мы сразу сюда. — оправдывалась она, краснея. Но при этом ее глаза счастливо блестели. За их пикировками приятно было наблюдать. У меня весь вечер улыбка с лица не сходила.
Девочки предложили выпить немного вина. Катя нам рассказала, как вылила коллекционное вино Ромы в раковину, а того, чуть удар не хватил.
— Он тебя, наверное, уже тогда любил, раз не убил, — засмеялась Саша.
— Нет. Просто за его грозной, но безобразно сексуальной внешностью скрывается самое большое сердце.
В их компании я себя чувствовала очень уютно. Был небольшой внутренний дискомфорт, но это из-за моих институтских подруг. Мы так легко сдружились с Сашей и Катей, будто давно друг друга знаем, но этим самым я словно предавала Таню и Олю.
С однокурсницами я не могла говорить об Игнате. Я понимала, он не захочет, чтобы «о нас» знали в институте. Я не сомневалась в верности девочек, но и по неосторожности можно проговориться, поэтому с ними не делилась.
От Саши и Кати я многое узнавала о любимом мужчине. Катя мне лила бальзам на душу, когда уверяла, что Алмаз никогда не любил Альбину. Александра, вчера успела разглядеть какие-то особые взгляды Воронова, из чего сделала вывод, что он мною покорен. Как же мне хотелось во все это верить!
