Его заместитель — Ирина Алексеевна, грамотно отрабатывает свои деньги, к ней нет никаких претензий, а этому товарищу необязательно знать, кто за всем этим стоит.
— Хорошо. Лиза пережила сегодня сильный стресс, думаю, ей будет полезно провести несколько дней в кругу семьи, вы как считаете? — ответ мог быть в данном случае только один.
— Да, ребенку лучше побыть с любящими его людьми. Я сейчас распоряжусь. Извините, Роман Георгиевич, но мне пора бежать. — оглянувшись пару раз, он наконец-то покинул кабинет.
Почти тут же вернулась Марина Игоревна.
— Павел Сергеевич оставил распоряжение, чтобы Лизу отпустили до понедельника, — впервые за несколько часов я улыбнулся. Фиалка обрадуется такому сюрпризу. — А к концу следующей недели, думаю, вы сможете навсегда забрать отсюда девочку.
— Спасибо.
— Это наша работа. — заняв свое место в кресле, она спросила: — Роман Георгиевич, может, чай, кофе или что-нибудь покрепче?
— Нет, не хочется. Спасибо.
— А я, пожалуй, выпью глоточек… кофе, — поправила она себя. — Ваша Лиза мне рассказала, где она пряталась… А если бы она упала?.. Меня бы посадили.
Марина Игоревна от шока даже не замечала, что делает. Качая головой, она достала бутылку коньяка и налила себе в рюмку ровно один глоток. Выпив, спрятала все на место.
«Экстренная психологическая помощь». - ухмыльнулся про себя.
— Пойду, обрадую Лизу.
— Так она уже знает, они вас с Катериной во дворе ждут, — махнула она рукой.
Попрощавшись, я поспешил к своим девочкам, которые стояли у ворот.
— Я не получил смс, — вопросительно выгнув бровь, уставился на Фиалку.
— Я забыла, — пожала она плечами.
— Не томи.
— Хорошо.
— Что «хорошо»?
— Оценка — хорошо, четверка, значит, — засмеялась она.
— Ну, тогда все в порядке, вас обеих теперь можно наказывать.
— За что? — удивилась Фиалка, малышка не спрашивала, поводов она сегодня предоставила много.
— За четверку, — подмигнул ей. — Едете провожать меня в аэропорт. — но это наказание моих девчонок только обрадовало. На это я и рассчитывал.
Время до вылета мы провели вместе.
— Фиалка, деньги на карте не экономь. Прогуляйтесь с Лизой по магазинам, сходите в детский развлекательный центр, кино, парк. Придумайте себе на эти дни развлечения.
Малышка меня на прощание поцеловала в обе щеки, а Катя, покосившись на толпу людей, засмущалась и только помахала мне рукой. Сделав к ней шаг, притянул к себе и нежно коснулся губами сладких губ.
— До пятницы.
Катя
Не могу сказать, что переезд в Москву дался мне легко. Жалко было оставлять знакомый с детства город, родные стены училища, друзей. Ленка обрадовалась моему переезду, она с чего-то решила, что это поможет ей стать ближе к Ворону.
А еще мне не хотелось покидать уютный дом, который Рома снял для нас на два месяца. Время, проведенное в нем, было поистине для меня счастливым. В этом доме мы стали по-настоящему семьей.
Через неделю после тех событий, когда Роме пришлось срочно нестись в детский дом, нам отдали Лизу, теперь мы ее официальные опекуны.
Директор художественного училища не хотел отпускать меня в Москву, но жить на два города я бы не смогла, поэтому смело могу похвастаться — теперь я студентка художественного училища им. Сурикова.
Две недели в новом городе прошли относительно спокойно. Требовалось, конечно, время, чтобы ко всему привыкнуть, но мы с племяшкой справлялись. Лизу уже записали на подготовительные курсы, которые ей очень нравились. Рома просил нас ездить на такси, но малышке нравилось метро, поэтому мы передвигались именно этим видом транспорта. Дорога у нас до «центра развития детей» занимала не более получаса.
А еще я училась готовить. Я не большой мастер кулинарии, но теперь приходилось стоять у плиты, порой даже получалось удивить своих гурманов. Интернет мне в помощь. Алмазов все реже стал привозить еду из ресторана, видите ли, она ему кажется не такой вкусной, как домашняя.
Пока я готовила завтрак, Рома проснулся и отправился в душ. Каждое утро я на цыпочках покидала нашу общую спальню, потому что Алмаз работал даже ночами.
Уложив Лизу, мы закрывались в своей спальне и долго предавались любви, но когда я засыпала, Рома отправлялся в кабинет, иногда засиживался там до утра.
Ранний настойчивый звонок в дверь мог разбудить Лизу, поэтому, бросив на стол полотенце и лопатку, которой переворачивала овсяные оладьи, бросилась к домофону, но возле двери уже стоял Алмазов в одном полотенце.
Забыв о нежданном посетителе, я стояла и пялилась на спину Ромы. Как же мне хотелось подойти и развязать узел на полотенце…
— Какого фига ты приперся в такую рань?! — грозно прорычал Алмазов, сбивая меня с игривого настроя. — Поднимайся! — нажал он на кнопку домофона.
«Оладьи горят!» — вспомнила и побежала в кухню.
— Ничего страшного, есть можно, — переворачивая на сковороде маленькие пышки, пробубнила себе под нос.
— Ты раньше обеда не встаешь, что заставило тебя приехать ко мне в семь утра?!
Вот и мне стало это очень интересно, поэтому я высунула свой любопытный нос из кухни.
