Чужой город, все кругом незнакомые… Единственный человек, которому я доверяла, оказался предателем. Алмаз никогда не говорил мне о любви, но он предложил стать настоящей семьей. А о какой семье может идти речь, если он мне изменил?! Если в его окружении это считается нормой, то увольте, я в этом бедламе жить не собираюсь! Пусть делает, что хочет, а ко мне больше не приближается!
Будь на месте Ромы какой-нибудь ставропольский студент Леня, послала бы его собирать поганки в лес и посоветовала бы никогда больше не попадаться мне на глаза. Алмазова я тоже могу послать в тридевятое царство, так не пойдет ведь, а проблема в том, что самой мне идти некуда. На этой мысли слезы из глаз сами потекли, но очень быстро высохли.
Заняв стоящую в самом темном углу лавочку, я сидела и думала: «Как быть дальше?» Возвращаться в Ставрополь? Ни работы, ни денег, ни жилья, ребенок на руках. Тогда у меня точно отберут Лизу, да и не факт, что Алмаз ее отдаст.
Сама во всем виновата! Надо было настаивать только на деловых отношениях, как показывает практика, вся эта любовь-морковь испортила мне жизнь. Получается, мне стоит успокоиться и продолжать жить вместе ради Лизы?
Хотя!.. Брачный договор Алмазов так и не подготовил, но ведь был же еще один документ. Рома тогда порвал один лист договора из него, остальные я изрисовала… Но ведь наверняка сохранились где-то копии. Если мне не изменяет память, там стояла его роспись. Предположим, что я найду его и подпишу… То, вполне возможно, навсегда избавлюсь от этого изменника!
«Но ведь договор нужно еще заверить у нотариуса».
Наверняка Рома это сделал заранее, в его же распоряжении целая контора!
Стоило его тогда внимательно изучить, а не дурака валять. Помню, что в нем Алмазов обещал обеспечить будущее Лизы, если она окажется его родственницей.
«Почему тогда меня не насторожило это «родственница», а не дочь?»
Окрыленная идеей добыть себе свободу и больше никогда не видеть Алмазова, я поспешила скорее вернуться в его квартиру. Взяв со скамейки кепку, которую я сняла из-за того, что в ней стало жарко голове, поднялась на ноги, но уйти не успела.
— Красавица, разрешите составить вам компанию? — мужской, довольно приятный голос, донесся до меня. Фонарь тут, видимо, перегорел, поэтому хорошо рассмотреть горе-кавалера мне не позволяла темнота. Все, что удалось понять, это то, что парень брюнет и, судя по голосу, молод. Немного напрягало, что он старался держаться в тени и не светить свое лицо.
— Конечно, — бодро произнесла я. Страха не испытывала, скорее, сильную злость, которая и так во мне клокотала с того момента, как увидела супруга в объятьях другой женщины. — Полночи искала жертву для кровавой расправы, и вот она сама меня нашла, — голосом маньяка из американских фильмов произнесла я. — Жаль, что ты не крашеная блондинка, — наигранно тяжко вздохнула я, хотя и была в этом доля правды. Закрутив волосы, надела кепку. — Пойдем?
— Куда? — из голоса молодого мужчины пропала уверенность.
Засунув руки в карман, нащупала карточку. В ветровке они неглубокие, могла в любой момент потерять, а мне надо ее вернуть Алмазу. Вытащила ее, чтобы переложить в брюки, на миг она блеснула серебристым цветом в темноте и тут же исчезла в глубоком кармане.
— Сразу на кладбище, — пожала я плечами, будто это само собой разумеющееся.
— Сумасшедшая, — обозвал незнакомец и стал быстро уходить.
— Извини, — пошла я следом за ним, ведь, как оказалось, нам с ним по пути. — Вполне возможно, ты хороший парень, просто у меня настроение ужасное, один властный брюнет испортил мне сегодня настроение.
«А, вполне возможно, и жизнь!» — продолжила про себя. Парень извинений не принял, он просто побежал.
Дома все было тихо, словно я и не пропадала. Негромко работал телевизор в гостиной.
Я застыла на пороге и не решалась войти. Где-то глубоко внутри царапнула обида, ведь он даже не стал меня искать, сидит спокойно, смотрит какой-то фильм.
«А вдруг они там с Альбиной все еще кувыркаются?» — подумала я и устремилась в гостиную.
«Никита, не кричи, а то Лизу напугаешь!» — сработал внутренний стопор.
Шуметь было не на кого. На диване, свернувшись калачиком, спала Саша. Обойдя все комнаты, убедилась, что, кроме нас и племяшки, в квартире никого не было. Накрыв тонким пледом Александру, решительно направилась в кабинет Алмазова искать договор.
Бросился в глаза дневник, лежавший на краю стола. Последнее время я всегда находила его здесь. Знала, что Рома его постоянно просматривает в поисках новых записей или рисунков. Я специально «забывала» его на видных местах, мне нравилось, что он интересуется моей жизнью.
Взяв его в руки, я открыла последнюю страницу и стала листать в обратном направлении.
«Время властно только над теми, кто не способен любить».
Это утверждение я написала к картине, на которой была изображена женщина в окружении своих детей.
«Твои объятия — наркотик,
Без них уснуть я не могу…»
