Тростников знал, что говорил. Он и сам когда-то был сорви-головой, даже первое время после того, как женился, рисковал своей жизнью без страха и упрека. Родилась дочь, затем два сына-близнеца. Тростников остепенился, успокоился, перестал лезть на рожон. Действительно, кто будет кормить его семью, если он вдруг погибнет? Но задумывался он и над другим вопросом. Чем кормить семью? Служебным положением он вроде бы не злоупотреблял, на взятках не попадался, но вдруг все-таки скурвился? Вдруг продал душу тому же Баграму?
А может, он продался Баграму еще раньше, когда тот убил свою любовницу. Сбагрил дело наркоконтролю, который также успешно его развалил…
Если так, то теперь понятно, почему Артем плутал в потемках. Если бы не случайность, ему бы самому пришлось подключаться к видеоплатформе МВД. Для него это, в принципе, не проблема, хотя и существовали определенные сложности.
Зато бандиты Баграма могли теперь отслеживать Артема. И еще Тростников мог навести их сюда вместо полиции. Подъедут и с ходу откроют огонь – никто не уцелеет.
– У них там случайно кокса не было? – спросила Люба, кивком показав на «Гелендваген».
Артем усмехнулся, прочитав ее.
– А то ты вдруг нюхнул ненароком!
Что-то в этом роде он и ожидал услышать.
– Не обращай внимания, – качнул головой Артем.
– Как я могу не обращать на тебя внимания, если ты меня замуж зовешь? Вдруг ты нарик законченный?
– Я тебя замуж не зову, – отрезал Артем.
– Нет?! – Люба вскинула брови, собираясь обидеться.
Артем перевел взгляд на Мишу.
– Вам нужно уезжать, – сказал он.
Нельзя ему было покидать это место, не дождавшись полиции, но для него риск – это привычное, можно сказать, будничное состояние. А Слюсареву возможная встреча с бандитами Баграма не нужна, он уже и без того хлебнул.
– Куда?
– А куда вы ехали?
– Ну, на море.
– Туда и езжайте.
– А можно?
– Нужно. И чем быстрей, тем лучше.
Артему нужны были показания Слюсаревых и Любы, но большой срочности он в этом не видел. Пусть уезжают, а он их потом найдет. Никуда они от него не денутся.
Машина шла быстро, легко. Ее не преследовали, заслоны на пути не ставили, потому и возникло чувство окрыленности, полета над вчерашним днем. Все беды позади, в настоящем – свобода, впереди – море. Об этом хотелось кричать, но Миша молчал, как будто неосторожное слово могло вспугнуть удачу. И девчонки притихли.
Шедшие впереди машины стали притормаживать, попутный поток загустел и, в конце концов, совсем остановился. Но если раньше пробка на дороге всего лишь навевала тоску, то сейчас вдруг навалилась паника.
– Почему ты Олегову про Смита не сказал? – спросила Рита.
Чувство тревоги одолевало ее.
– Что я еще не так сделал? – буркнул Миша. – Давайте сразу вываливайте.
Он, конечно, правильно сделал, что свернул с дороги – на помощь Олегову. И даже смог выручить его. Но при этом девчонки могли погибнуть, они ясно это понимали. И сейчас могли предъявить ему за безрассудство. Хотя фактически сами и спровоцировали ситуацию.
– Да нет, все так. Просто, если Смит воскрес, его нужно искать.
– Олегову сейчас не до него, – пожал плечами Миша.
– И не до нас… Сейчас до нас никому нет дела! – всплеснула руками Рита.
– А ты нас не защитишь, – вставила Люба.
– Нет, конечно, – скривился Миша.
Он уже столько всего сделал, чтобы Рита могла гордиться им, а толку ноль. Во всяком случае, Люба не слезает с него, все шпильками своими тычет.
– Почему ты не забрал у Олегова пистолет? – спросила она.
– Он бы не отдал, – отмахнулся Миша.
– А ты просил?
– Просил, – вступилась за него Рита. – Давай, говорит, с нами поедешь.
– Кто с нами? Олегов?! – Люба глянула на нее настороженно – в ожидании подвоха.
– Олегов, – кивнула Рита. – С пистолетом… Олегов – тебе. Пистолет – Мише.
– Олегов мне?!
– А разве он не обещал на тебе жениться? – усмехнулся Миша.
– А разве обещал?
– Ну да.
– Боже мой! Какая радость! – Рита приложила руки к груди, изображая прилив счастья.
– Будешь женой капитана, – сказал он.
– Потом женой майора, – продолжила Рита. – Потом женой подполковника.
– Ну нет, если я выйду замуж, то навсегда.
Миша оторвал взгляд от дороги, чтобы глянуть на Любу. Всерьез она говорит или прикалывается? Чтобы стать женой генерала, нужно выйти замуж за лейтенанта, именно так она и должна была понимать Риту. Правильно понимать.
– Со мной Олегов навсегда останется капитаном… – подмигнула ему Люба. – А если серьезно, мужик он крутой… Не то что некоторые!
Миша поджал губы. Снова Люба оседлала своего говнистого конька.
– Я бы ему отдалась… Не то что некоторым…
Выбор у Миши был небольшой. Или промолчать, или отшутиться. Пока он думал, отвечать или нет, кто-то ударил в дверь.
– Мамочки! – взвизгнула Люба.
Машина стояла в пробке, Миша свободно мог обернуться. И он увидел лохматого парня с огромным как у лягушки ртом. Он стоял, прижавшись лбом к дверному окну, и смотрел в салон, приложив ладони к вискам. И лыбился, глядя на Любу.
– Пошел вон! – взвизгнула она.
Мише стало не по себе. Вспомнили о нечистом, Смит и появился. В образе второго своего дружка.
