Баграм подал Роберту знак, но в этот момент за окнами послышался шум.
– Что там?
Роберт поднялся, отложив секатор, глянул в окно.
– Телка какая-то. Хнырь ведет.
Слышно было, как открылась одна дверь, другая, и в горницу втолкнули Любу. Сначала появилась она, а за ней – пышнобровый атлет с покатыми борцовскими плечами. Видно, это и был тот самый Хнырь, которого упомянул Роберт.
– За ним шла, – сказал борец, кивком показав на Артема. – С ним приехала.
– Ей что отрежем? – спросил Баграм.
– Ей отрезать нечего, – отозвался Роберт.
Баграм гнусно засмеялся, подленько хихикнул и Хнырь.
– Печатка где?
Баграм неторопливо поднялся, степенно шагнул к Любе, пальцем взял за подбородок и резко задрал голову вверх.
– Какая печатка? – хныкающим голосом спросила она.
И с поднятой головой посмотрела на Артема. Он кивнул, разрешая ей отдать перстень. Его давно уже должны были забрать. Если она держала его при себе.
– Не знаешь?
– Нет!
Баграм протянул руку, Роберт вложил в нее секатор.
– А если я отрежу ухо?
– Выбросила я печатку! – Люба в ужасе зажмурилась.
– Куда?
– Не скажу!
– Нет? – Баграм взял ее за ухо, приложил к нему секатор.
– Тебя самого на куски рвать будут! – не сдержался Артем.
Баграм удивленно вскинул брови, отпустил Любу, повернулся к нему.
– Смотри, как заговорил!
– Люба отдает тебе печатку, ты ее отпускаешь и делаешь со мной все, что хочешь. Я убил Бражника, а она не при чем!
– Не отдам я печатку! – мотнула головой Люба.
Баграм глянул на нее с тем же насмешливым недоумением.
– Не дури! – Артем качнул головой, призывая не делать глупостей.
– Не отдам, и все!
– Не отдашь? – Одной рукой Баграм схватил Любу за ухо, а другой – щелкнул секатором. Но поднести секатор к уху не успел. За дверью кто-то громко вскрикнул, что-то упало. Баграм пугливо дернулся, толкнул Любу на диван. За окном мелькнула чья-то тень, щелкнуло стекло, и в голове у Хныря образовалась маленькая кровоточащая дырочка.
Роберт понял все правильно. Он бросился в соседнюю комнату, но через дверной проем густо выбрызнул фонтан из мозгов и крови. И этому в голову попала пуля.
Артем с трудом, но вскочил на ноги, а Баграм, схватив Любу, оторвал ее от дивана. Он смотрел в окно, откуда прилетела первая пуля, и стоял спиной к Артему. Собираясь закрываться Любой. Он подносил к ней секатор, ручки которого крепко сжимал.
– Урод! – во весь голос заорал Артем.
Баграм услышал его, застыл на мгновение в оцепенении, в этот момент Артем его и ударил. Ногой. По руке. По запястью. И так, что лезвия секатора вошли ему в шею и на всю глубину.
Баграм дико заорал и, выдергивая секатор из шеи, развернулся к нему. В этот раз Артем ударил его головой – в нос, который только казался непробиваемо крепким.
Баграм упал, обливаясь кровью. В комнату ворвался Кораблев, Артем глянул на него с благодарностью, а Люба даже не повернула к нему голову. Она потрясенно смотрела на Артема.
– Не могу я отдать печатку! – От сильного внутреннего напряжения голос ее сорвался на хрип. – Это же мое приданое!
Артем улыбнулся и кивнул, требуя назад перстень. Если это ее приданое, то быть оно должно у него.
Люба не ходила, она порхала по дому, и не совсем понятно, то ли это татуировка под пупком окрыляла ее, то ли она сама заставляла летать свою бабочку.
– Дом большой, можешь ходить по нему голой, – сказала она, на короткое мгновение обняв Риту за плечи. И понеслась дальше. – Но без меня. Мы с Артемом уезжаем!
Олегов не мог сидеть сложа руки, для ощущения полноты жизни ему требовались риск и движение. Именно поэтому он и рванул за Смитом в Хадыженск, никому ничего не сказав. А сейчас он уезжал в Москву, оставляя дом в полном распоряжении Миши. Смит задержан, его дружки деморализованы, с Баграмом проблема решена раз и навсегда. Миша мог спокойно наслаждаться отдыхом в компании любимой жены. Можно сказать, заслуженным отдыхом.
– Он сделал тебе предложение? – спросила Рита.
Этот вопрос застал Любу в дверях. Она уже почти вышла из комнаты, и вдруг.
– Нет.
Останавливалась Люба медленно, но повернулась к сестре быстро.
– Нет! – повторила она.
– Я бы на твоем месте не торопилась.
– А если у него нет выбора? – торжествующе улыбнулась Люба.
И снова повернула на выход.
– Ты в этом уверена? – спросила вдогонку Рита.
– Абсолютно!
Рита вопросительно глянула на Мишу. Он кивнул, соглашаясь с ее сестрой. Олегов просто обречен был на Любу.
Машина лихо шла по серпантину, Артем ловко вписывался в повороты. Нравился ему такой стиль вождения, и Люба в полном восторге. Сидит на переднем сиденье, подобрав под себя ноги, улыбка до ушей. Не собирался Артем жениться на ней, но уже ощущал потребность в её присутствии. И совсем не прочь был пройти с Любой трассу «Дон» в обратном направлении. В компании с ней точно будет не скучно.
