Розмари Джина Хадсон появилась на свет в половине четвертого утра. Красный кричащий комок. Но до чего прекрасный! Я не могла налюбоваться. Неужели мы с Томом могли сотворить такое чудо? Кто бы мог подумать! Однажды он врезался в меня и обозвал слепой курицей. А теперь я держу эту малютку в руках, а Том гладит мои влажные волосы и называет самой чудесной женщиной на свете.
Он вломился в палату, как только медсестры разрешили родственникам зайти поглазеть на малышку Розмари. Мэдди была готова отобрать племянницу и никому не отдавать, но все же удержалась и подпихнула брата вперед. А тот поставил свой гостинец – грушевый пирог – на тумбочку и трясущимися руками потянулся к нашей дочери, названной в честь наших обеих матерей.
Теперь Том уже не так боится держать малышку на руках. Он не хочет расставаться с ней ни на секунду. Пока я пишу эти строки и доедаю остатки пирога, он воркует над ней, будто мира вокруг не существует. Будто все потеряло значение, кроме этого мгновения.
Сколько еще счастья уготовила нам жизнь? Сколько горя и испытаний? Но мы с Томом и малышкой Розмари все переживем, пока мы есть друг у друга. Пока у нас есть грушевый пирог любви.
