Том улыбнулся и достал с верхней полки мой грушевый пирог, о котором благополучно забыли во всей этой суете.
– Раскурим трубку мира? – Предложил он, ставя пирог на столешницу и пододвигая к ней два стула. – Вернее, съедим по кусочку пирога мира?
– Я назвала его пирогом благодарности.
– Думаю, у него может быть много имён. – Пожал плечами Том и протянул мне десертную ложечку.
Я колебалась всего миг – я ведь обещала себе держаться от Тома Хадсона и его тараканов подальше. Но мои собственные тараканы принялись наперебой уговаривать меня остаться. И я взяла ложечку и опустилась рядом с Томом. Так забавно было сидеть всего в полуметре от того, с кем ещё утром я не могла находиться в одной комнате, да что уж там, в одном городе. Но сейчас его компания была мне приятна.
Не успели мы притронуться к пирогу, как между нами протиснулась голова Техаса. Его ноздри танцевали, улавливая мельчайшие нюансы грушевого аромата. Он обиженно посмотрел на нас, когда мы в унисон рассмеялись.
– Он у вас такой обжора. – Заметила я, отправляя кусочек пирога в рот. Только сейчас мой желудок обвинительно заурчал, бранясь, что я так долго оставляла его без внимания. – Почему Техас? Вы нашли его в Техасе?
– Почти. – Обезоруживающе улыбнулся Том. – Около «Техас Фрайд Чикен». Заезжал за бургерами, оставил пикап всего на пять минут, чтобы забрать заказ, а когда вернулся этот наглец уже сидел в багажнике. Уж не знаю, как он туда забрался, он ведь был совсем ещё подросток. Но уже разбирался, где можно раздобыть приличной еды.
Техас как чувствовал, что говорят о нём. Издал тихий стон и потыкался носом в мой локоть – знал, у кого можно выпросить угощение. Не умела я сдерживаться перед большущими, слезливыми глазами – вот и Джинджер всегда получала то, что хочет. Рискуя попасть в немилость хозяина, я всё же отломала кусочек пирога, и он тут же исчез в пасти Техаса. Но Том лишь потрепал друга по голове со словами: «Ах ты, негодник». Если моему собеседнику и не понравился пирог, то Техасу уж точно пришёлся по вкусу, потому что он тут же положил голову мне на колени, умоляя о ещё одном кусочке.
– Ну, а ваша собака?
– Джинджер? Наша история знакомства очень похожа на вашу. Правда, она ко мне в машину не запрыгивала. Я нашла её у мусорных баков и долго разыскивала хозяев, но никто не отозвался. В конце концов, пришлось оставить её себе. И знаете, это ужасно, но я до сих пор благодарю тех отвратительных людей, что бросили её на улице. Иначе у меня никогда бы не появилась Джинджер. Я уже и не представляю жизни без неё. И скучаю каждый день, пока летаю по стране.
– Почему Джинджер? Только не говорите, что подобрали её у какой-нибудь кафешки с таким названием, иначе получится слишком жуткое совпадение.
– Нет. Это вроде символ памяти в честь родителей.
Том с недоумением ждал объяснений.
– Мою маму звали Джина, а папу – Джерри. Так и получилась Джинджер.
– Мне нравится. А сейчас… – Как-то неуверенно заговорил Том, копаясь и ложкой и глазами в своём куске пирога. – Она с кем?
Это он так пытался выведать про моего мужа или парня? Угомонись, Джекки! Ему совершенно плевать на мою личную жизнь, да и на меня, если уж на то пошло. Или?
– С Сэнди.
Том кивнул с видом полного понимания, а я почувствовала приятное волнение внизу живота. Мне точно не показалось. Он принял Сэнди за моего бойфренда, и… будто огорчился.
– Так значит, кулинарное шоу…
– Да. Идёт сразу на двух каналах. В среду в девять утра и в воскресенье в одиннадцать. Захотите увидеть моё лицо, когда я уеду, просто включите «Лайфтайм» или «Браво». И я расскажу вам, как готовить фритатту или киш лорен. Как украсить маффины шоколадным ганашем или подать к ужину пате-де-кампань.
Том вытаращил глаза и засмеялся:
– Ни слова не понял из того, что вы сказали.
– Это потому, что вы не смотрите «Снэки от Джекки».
– Обещаю исправиться.
– Ловлю на слове. Теперь моя аудитория станет больше на одного зрителя. Ура.
Глаза Тома блестели, пока он разглядывал мою улыбку. От этого взгляда мне захотелось сбежать, спрятаться или, наоборот, утонуть в нём. Уйти под воду с головой, хотя я никогда не любила плавать. Что со мной творилось? Восемь часов назад этот парень так бесил меня, что все внутренности горели синим пламенем. Теперь же пылали всё так же, но уже по другой причине. Том Хадсон начинал мне нравится. Совсем спятила!
– Знаете… – Том словно топтался на пороге, как нерешительный гость, желая сказать что-то совсем иное, но вышло лишь: – Это самый вкусный пирог, который я когда-либо ел.
Техас пропел жалобную песню и обиделся, когда мы рассмеялись.
– Вот и он так думает.
– Спасибо. Не думала, что вам понравится… Но, спасибо. Всегда приятно, когда твою работу ценят.
– Я ценю всё, что вы сделали для нас сегодня.
– О, я совсем не напрашивалась на благодарность.
– Но вы её заслужили. А вы не поделитесь своей историей? Того, как стали прославленным кулинаром?
– Никакой я не прославленный кулинар.
– Но вас показывают по телевизору! – Взмахнул руками Том. – Я никогда ещё не видел настоящую звезду.
