Там, в нашем Августе, созрелиХлеба в полях, и звонкий знойГустую зелень акварелиПросвечивает желтизной.Там за науку страсти летоНаград не требует взамен.Там все продуто и прогретоИ каждый миг благословен.Там на лугу пасутся кониИ шмель в татарнике жужжит.Там грудь твоя в моей ладони,Как вся вселенная, лежит.
1975–1976
<p>«Как быстро кончилось вино…»</p>Как быстро кончилось виноИ новогоднее веселье;Через холодное окноГлядит туманное похмелье.Но ведь блистали на балуВдвоем Поэзия и Проза.И прорастала на полуТобой оброненная роза.И ворох старых новостейПод снегом стынет без призора.И век железных скоростейС тоской страстей не кончил спора.Смолкает музыка в ночиПод завывание метели, —Но вместе с веком две свечиПока еще не догорели.
1975–1976
<p>«Ах этот взгляд! Ах этот праздник…»</p>Ах этот взгляд! Ах этот праздникБлагословенного огня!Он иногда и нынче дразнит,Как в давней юности, меня.Дразни, блистай, души посредник,В вечернем сумраке страстейИ ослепи меня в последнемВосторге гибели моей.
1975–1976
<p>«Малинником диким зарос откос…»</p>Малинником диким зарос откосНад поворотом реки.Сладчайший ветер твоих волосКоснулся моей щеки.Мир, который нас окружал,Малиной спелой пропах.Губ твоих малиновый жарРастаял в моих губах.И через души прошли века,А может быть, только миг.Потом в океан унесла рекаТвой просветленный лик.Неведомо мне, на какой волнеВремя оборвалось,Но все еще снится моей сединеВетер твоих волос.
1975–1976
<p>«Волна, звеня колечками…»</p>Волна, звеня колечками,По камушкам поет.И девочка над речкоюПо берегу идет.Идет-проходит павоюПо берегу рекиИ рвет рукою правоюРомашки лепестки.Плывет в траве до пояса,Гадает про меня.И тают оба полюсаОт нашего огня.По капле время точитсяИ просветляет нас.И мне до смерти хочетсяК той девочке сейчас.Взглянуть бы в очи-проруби,Поймать бы синий взгляд…Да не летают голубиНа сорок лет назад.
1975–1976
<p>«А тот блиндаж, где я сложил…»</p>А тот блиндаж, где я сложилСтих о друзьях моих,Как будто некий старожил,От старости затих.Вокруг него сухой бурьян,Белее полотна,Стоит — ни цвета, ни семян,Лишь видимость одна.Вдавился камнем в слой земнойБлиндаж, обросший мхом.И тех, кто здесь дружил со мной,Не разбудить стихом.Я тоже стар, колюч и сух,Как выцветший бурьян,И только мой упрямый духВоспоминаньем пьян.
