Отступив в сторону, Майлз стиснул мне плечо и предложил хлебнуть своей волшебной воды. «Думаю, мы к чему-нибудь придем». А другого моего плеча мимолетно коснулась другая рука.
– Кое-кто неплохо справляется с домашними заданиями! – едва заметно улыбаясь, заметила Алина, и тут до меня дошло, что больше можно не переживать: никто не собирался снимать меня с роли и при желании я могу остаться.
А на низком парапете у альпийской горки дожидалась Фран Фишер и постукивала пяткой по камням.
Брось помыслы о ней? Так посоветуй, как мне бросить думать!
На бензоколонке, сидя за кассой, я зубрил Шекспира.
На площадке завыл автомобильный сигнал, и из машины своего брата, сидевшего за рулем, вышел Харпер, а на заднем сиденье, втянув головы в плечи, затаились какие-то две фигуры. Быстро убрав текст, я убедился, что моя шпага скрыта от посторонних глаз. Харпер вошел в торговый зал, и мы завели отработанный диалог.
– Тут мой брат кое-что выиграл в мгновенную лотерею. Я могу здесь выигрыш получить?
– Конечно! Только по предъявлении карточек.
– Да-да. Вот они.
Я достал из кассы наличку:
– Мои поздравления!
Но Харпер уже шагал к выходу.
У меня на глазах он пересек площадку; тут я не выдержал и, обежав вокруг прилавка, выскочил на улицу:
– Извините! На пару слов!
Мы стояли у мешков с углем для мангала, и Харпер тревожно косился на припаркованную в стороне машину.
– Ну что еще?
– Просто хотел спросить… как вообще дела?
– Все путем. Ты вроде говорил, у вас тут камера висит?
– Так и есть, но это не страшно, никто ее не проверяет. Вот если бы клиент уехал, не заплатив… Я тебя не видел с того дня…
– А я к тебе заходил. Твой папа сказал, тебя нет дома. И что сам тоже тебя не видел.
– Да, я был… он в порядке?
Харпер заржал:
– Откуда я знаю, это же не чей-нибудь, а твой папаша. Как всегда. Ладно, нам ехать пора.
Я услышал, как взревел двигатель, увидел его брата, который постукивал по стеклу часов, а на заднем сиденье разглядел Ллойда с Фоксом. Помахав им в знак приветствия, ответа я не получил.
– Значит, Ллойд на меня до сих пор дуется?
– Есть немного.
– Ну о’кей. Ладно, за деньгами чуть позже заскочу.
– Нет, сегодня не стоит, уже поздно.
– А… Ну о’кей. – На часах не было еще и девяти.
– В этот раз деньги отдам – и все, я пас, больше на это не подписываюсь.
– Ладно.
– Я у отца неплохо зарабатываю, так что твои деньги мне без надобности. Можешь, кстати, прямо сейчас их целиком забрать.
– Нет, половина твоя.
– Нет. Тебе нужнее.
– Но не здесь же. Не сейчас.
– Бабло у меня в руке. Суну тебе незаметно, чтобы потом не заморачиваться.
Я немного подумал.
– Ну давай, только осторожно.
Мы пожали друг другу руки, и мои пальцы сомкнулись вокруг свернутых в трубочку банкнот, которые без промедления перекочевали ко мне в карман. Передача денег прошла вроде довольно гладко, без лишних телодвижений, скрытно, и только позже, когда эта сцена сделалась уликой против меня, мне вспомнились его настороженные взгляды вправо-влево при выходе из машины, мой собственный взгляд, брошенный на глазок камеры, чопорное и судорожное рукопожатие, вовсе ничем не мотивированное. С какой вообще стати служащий оставил рабочее место, задерживается на площадке и за руку прощается с клиентом, которого даже не знает?
Когда работаешь на камеру, главное – не пережимать.
Капулетти играли в лапту против Монтекки, и Полли (в команде Капулетти), низко присев, двумя руками занесла над плечом биту, как топор душегуба.
– Вы слишком высоко держите, Полли, – сказал Майлз, готовясь к подбросу.
– Мне шестьдесят восемь лет, Майлз: не учи ученого.
– Но так слишком высоко, надо пониже.
– Майлз, этот мяч я запущу прямиком тебе в физиономию.
– Нет, в физиономию нельзя! – завопил Алекс.
– Хорошо. Делайте как хотите.
Мяч вылетел из его руки, и Полли с приятным «чпок» послала его далеко в синее небо; Фран, Колин и Кит, сорвавшись с линии кона, побежали, и Полли под одобрительные возгласы отступила в «дом». Последним к игре подключился Джордж, с очевидным неудовольствием взяв биту.
– Командные виды спорта. Идеал фашизма. Меня, кстати, привлекло сюда не что иное, как отсутствие командных видов спорта.
Хватило его ненадолго; настала моя очередь. Потерпев неудачу в бадминтоне, я теперь жаждал показать себя перед Фран непревзойденным игроком в лапту, но сумел отбить мяч лишь на считаные метры – и прямо в руки Люси. Вскоре осрамились и другие Монтекки, а потом оба враждующих клана распластались на лужайке под утренним солнцем.
