- Окончен бал, погасли свечи. - Произнес Хан. Он покинул лабораторию и отправился домой. На утро ему предстояла поездка в другой конец города.
Он уже заказал экипаж и выспавшись отправился в путь. Здание Министерства напоминало собой странный ободранный кирпич. Даже странно, что здесь все выглядело так. По идее финансисты должны были иметь достаточное финансирование.
Профессор Хан Ракид вошел в налоговый отдел и расспросил о человеке, которого искал. А через несколько минут он уже сидел перед ним за столом.
- Профессор Хан Ракид? - Удивленно произнес человек. - Не ожидал вас увидеть здесь.
- Я решил, что исполнение долга, это почетная обязанность гражданина. - Ответил Хан. - И принес налоговую декларацию.
Человек некоторое время читал ее, затем поднялся.
- Господа, вы верите в чудеса? - Спросил он. Сидевшие вокруг люди обернулись. - Перед вами первый человек, который принес налоговую декларацию сюда САМ.
Люди оживились, поднялись и окружили Хана.
- А может, он жулик? И жульническую декларацию принес?
- Нет. Это профессор университета Хан Ракид. Я восхищен вами, профессор.
Хан уезжал довольный свершенным. Теперь он совсем не думал о том, что получил много средств. Из десяти тысяч осталась половина. Тридцать тысяч ушло на эксперименты, двадцать на налог, а остальное теперь оставалось для обеспечения жизни.
Весь остаток дня он провел отдыхая на природе, а вечером отправился в театр. Его не сильно интересовала пьеса, а нравился сам процесс. Особенно радостно стало, когда в театре он встретил знакомых людей, здоровался с ними, а затем Хана представляли новым людям, как ученого-изобретателя.
Наступал новый день. Профессор Ракид начинал новые эксперименты и одновременно готовился к выступлению на научном собрании, которое намечалось через два дня. Хан собирался представить отчет по изучению спектров, которые проводил параллельно работе. И в этих отчетах имелась очень важная и интересная информация.
Ракид выступал с улыбкой на лице. Он не писал формул, не рисовал ничего на доске, а вывесил несколько десятков подготовленных плакатов со спектрами различных газов.
- Я получил еще одно подтверждение квантовой теории, господа. - Произнес Хан, начиная свое выступление. - Спектральные исследования, которые я проводил в процессе работы над получением белого свечения, показали, что цвет излучения ламп не изменяется.
- Как это не изменяется, если мы это видели своими глазами?! - Воскликнул голос из зала.
- Очень просто. Меняется только интенсивность спектральных линий, которые сами по себе никуда не двигаются. Переход от красного к оранжевому, это не изменение частоты, а больший рост желтой линии, чем красной. Сначала только красная, затем появляется желтая, которая растет, а мы видим смесь - оранжевый цвет. Ну а само цветосмешение было известно давно, им пользуются художники и по сей день.
- Последние исследования показали, что глаз видит несколько цветовых полос, но внутри них цвет не различает. - Произнес другой человек.
- Думаю, все это объясняет, почему полосатый спектр лампы кажется белым. - Произнес Хан, переходя к другому плакату. - Здесь показаны спектры солнечного света и света белой лампы. Они различаются, но глаз этого не замечает.
Выступление было не столь особенным, как предыдущее, где ученые признали открытие свершенное Ракидом. Но и теперь они признали работу профессора ценной для науки и не только.
Через два дня Хан Ракид был приглашен на ламповый завод, где запускалась первая установка для изготовления ламп.
Хан впервые шел через огромные цеха, и был поражен их видом. Рядом двигался известный промышленник Джейк Лоренс с трубкой в зубах. Они, наконец, прибыли в новый цех. Лоренс объявил, что это экспериментальный, тот самый, где начинается производство первых ламп. Здесь было несколько тише, чем в предыдущем, но вакуумные насосы уже работали на полную мощность.
Затем рядом появился человек с чертежами самой лампы. Она была несколько меньше, чем те, что делал Хан и имела электрические вводы с одной стороны.
- Вы изменили конфигурацию подводящих электродов. - Сказал Хан.
- Наш электротехник сказал, что как подводить ток не имеет значения.
- Ну, значит, увидим, имеет или нет.
- Вы думаете, что имеет?
Хан ткнул в чертеж.
- Разряд будет здесь, а не здесь. Там где электроды ближе друг к другу.
Человек нахмурился.
- И никак это не изменить?
- Можно изменить. Если электроды изолировать. Стеклом, например. Зачем надо было менять?
- Для безопасности электриков. Им лампы вкручивать, за за электроды хвататься нельзя. Ладно, разберемся. Попробуем, увидим. Все готово? - Спросил человек у своего рабочего.
- Да, сэр.
- Тогда, включайте.
Хан смотрел на несколько десятков ламп, стоявших вокруг.
Вспыхнул яркий свет.
- Горят! - Послышался радостный голос. - Горят, сэр! - Воскликнул человек, подскакивая.
Хан подошел ближе.
- Как я и сказал. - Произнес он. - Разряд не в том месте.
- Но они же горят? - Произнес промышленник. - И не плохо для начала. - Накальные то лопаются почти половина сразу.
Хан коснулся лампы, показывая, где должен гореть разряд.
