— Продолжай, дорогая, все нормально, — успокаивал он ее ритмично двигая рукой вверх и вниз в ее вместилище наслаждений. — Все естественно, как и должно быть.
Он снова поцеловал ее; одновременно с языком, заполнившим весь ее рот, его пальцы вошли во влагалище.
Эрин вздрогнула и провалилась в пульсирующую черную лаву. Но обморок длился недолго, очнувшись, она с удивлением обнаружила, что не рассыпалась на крохотные кусочки, а цела и невредима. Внизу живота возникло ощущение легкости и блаженства, что-то горячее и липкое стекало по внутренней стороне бедер. Коннор убрал влажную прядь с ее лица испросил:
— Как самочувствие, милая?
Она молча вытаращила глаза, все еще ничего не понимая. Он улыбнулся и сказал:
— Это не так уж и страшно, верно? Похоже, тебе понравилось… — Он погладил ее влажной ладонью по щеке, Эрин жалостливо улыбнулась и прошептала:
— Что со мной произошло? Я лишилась чувств?
— Нет, Эрин. Ты лишилась иллюзий. Это оргазм. Как я догадываюсь, ты испытала его впервые.
Он с тревогой взглянул ей в глаза.
Эрин зажмурилась и пролепетала, сжав ноги:
— Нет… То есть скорее да. Мне казалось, что нечто в этом роде у меня уже было, но теперь я поняла, что не было. Поначалу, когда все вдруг закружилось и завертелось у меня перед глазами, я подумала, что умираю. Ничего подобного я еще никогда не испытывала.
— Ты была великолепна в этот момент, Эрин, — сказал Коннор, целуя ее в шею.
По всему ее дрожащему телу растекались приятные теплые волны. Она прильнула к нему и вдруг вновь затрепетала, ощутив животом его мощную эрекцию. Рука ее непроизвольно потянулась к выпуклости в его штанах, и пальцы стали знакомиться с деталями его мужского естества.
— Ты меня балуешь, — томно простонала Эрин. — Разве тебе самому не хочется испытать удовольствие? Теперь ведь твоя очередь падать в обморок.
— А как ты сама думаешь, дорогая? — рассмеялся он.
— Я думаю, что хочется, — с лукавой улыбкой ответила она.
— Но это вовсе не означает, что ты обязана делать что-то против своей воли, — сказал Коннор, покраснев.
— Боже, что я вижу! Мистер Маклауд смущен! — Эрин захихикала и потрепала его ладонью по щеке.
— Нет, — возразил Коннор. — Я просто перевозбужден.
— Ну и что же мне для тебя сделать? — спросила Эрин.
— Оставляю это на твое усмотрение, — ответил Коннор. — Я в твоем распоряжении.
Эрин порывисто стащила с него штаны. Он вытянулся на кровати, подрагивая в предвкушении долгожданного совокупления. Его пальцы сжимали края покрывала с такой силой, что побелели костяшки суставов, а на виске набухла и стала пульсировать голубая жилка. Эрин вскочила верхом на его чресла, раскрасневшаяся и с распущенными волосами, стиснула его пенис в кулаке и стала ритмично двигать рукой вверх и вниз, одновременно покрывая поцелуями напряженное лицо Коннора.
Постепенно сползая все ниже и ниже, она глубоко вздохнула и, зажмурившись, лизнула его языком. Коннор вздрогнул и заскрежетал зубами. Мускусный запах его естества вскружил Эрин голову, она сомкнула губы и стала с жадностью сосать этот великолепный сочный плод, чуть солоноватый на вкус и волшебным образом заполнивший весь ее рот.
Коннор вцепился пальцами ей в волосы и застонал. Она стала вкушать его естество живее, словно стараясь высосать из него всю сладость. Внезапно он задергался и вскричал:
— Боже, я кончаю!
И тотчас же густая и горячая струя нектара исторглась Эрин в горло, наполняя все ее тело невероятной энергией. Сжав пульсирующий пенис руками, она высосала из него все до последней капельки и лишь тогда неохотно подняла голову и обтерла губы ладонью.
— Ах, Эрин! — прошептал Коннор, прикрыв лицо рукой.
Она чмокнула его пенис в кончик головки и прижалась щекой к мускулистому животу.
— Я побывал в раю, — хрипло произнес он, поглаживая ее по волосам.
— Я тоже, — сказала Эрин. — И мне это понравилось.
Его мужская краса и гордость все еще стояла по стойке «смирно», возвышаясь над волосатым лобком и бедрами, словно Александрийский столп. Эрин погладила пенис пальцами — он моментально задрожал и напрягся, как струна, готовый к новому испытанию на прочность. Эрин проглотила слюну и прошептала:
— Я сошла с ума. Взгляни на меня, Коннор, я стала бесстыдной и порочной!
Ее рука стиснула основание члена так, что Коннор охнул. Эрин разжала пальцы, зажмурилась и начала ласкать свои груди, живот и бедра, между которыми снова вспыхнул пожар желания.
— Я вся горю! — посетовала она, постанывая. — Что ты сотворил со мной, негодник? Чем ты меня околдовал?
Коннор привлек ее к себе и с пылом сказал:
— Пожар всегда тлел в тебе, моя богиня любви! Я всегда это чувствовал, когда смотрел на тебя. Ты ослепляла меня своим сиянием. Позволь же мне вволю насладиться этим жаром, дорогая! — Он ввел сжатые пальцы в ее пылающее лоно и страстно поцеловал в губы. Эрин застонала и задвигала тазом. Стенки влагалища стиснули его пальцы, все тело ее пришло в лихорадочное движение. Рука Коннора обхаживала ее трепетное лоно с таким проворством, что вскоре Эрин снова кончила.
