Томно вздохнув, Эрин обвила его ногами и повисла на его плечах, преисполненная почти материнской нежностью к этому мальчишке-забияке. Коннор тяжело дышал, норовя войти в нее поглубже. Но Эрин уже не чувствовала боли, она блаженно улыбалась, потрясенная и ослепленная вдруг открывшейся ей правдой: она поняла, что по-настоящему любит этого странного мужчину. Он был ей мил и как неутомимый любовник, и как тонкий искуситель, и как вежливый защитник, и как великовозрастное дитя. И если требовалось доказать ему свою любовь капитуляцией, она была готова сдаться безоговорочно. Впрочем, иного выхода он ей и не оставил, взбудоражив ее чувства и распалив до предела. Она таяла, изнемогая в бесчисленных оргазмах, жадно впитывая в себя и его тело, и его страсть, и боль, и ярость. И этого ей было мало. Она хотела вместить в себя его всего.
Коннор первым пришел в себя, включил воду и протянул руку к голове Эрин, чтобы убрать волосы, прилипшие к ее лицу.
— Не надо, — грудным голосом промолвила она. — Все хорошо, не беспокойся. Я всем довольна…
— В самом деле? — с искренним удивлением спросил Коннор.
— Я сперва разозлилась, что ты поступаешь так бесцеремонно, — добавила Эрин, улыбнувшись, — но потом поняла, что это не со зла. Ты ведь не хотел причинить мне боль, верно? Ты не смог бы. У тебя добрая душа.
— Неужели после всего, что я с тобой здесь вытворял, ты считаешь меня добрым человеком? — переспросил Коннор в замешательстве. — Может быть, анальный секс тоже привел тебя в восторг? Ведь твоя попка едва не треснула!
— Такого блаженства мне еще никогда не доводилось испытывать, — закрыв глаза, прошептала Эрин. — Ты прелесть, Коннор! Я тебя обожаю.
— По-моему, ты свихнулась, — озабоченно произнес он — Ч не заслуживаю твоего обожания уже хотя бы потому, что потерял самоконтроль.
— Терять самообладание опасно, — согласилась Эрин.
— Это уж точно! — Коннор обнял ее за плечи и no-Целовал в полураскрытый рот.
Эрин охватила дрожь. Он решил, что это озноб, и принялся вытирать ее полотенцем. Она поводила плечами и повизгивала, борясь с желанием сжать его мужское достоинство в кулаке. Коннор прочитал ее мысли и увел в комнату.
В ней царил хаос: подушки валялись на полу, простыня была скомкана, одеяло свисало с одного края кровати, покрывало — с другого. Вещи Эрин были разбросаны по всему номеру.
— Какой кавардак! — воскликнула она и начала было наводить порядок, но Коннор схватил ее за руку и сказал:
— Оставь это, мы будем спать на другой кровати.
Эрин с видимой неохотой согласилась.
Он окинул ее восхищенным взглядом и заявил:
— Ты умопомрачительно красива.
Она смутилась и принялась извлекать одежду из дорожной сумки.
Коннор откинул с кровати покрывало и спросил:
— Не изволите ли прилечь, принцесса?
— Мне нужно позвонить Синди. Правда, она вряд ли захочет со мной разговаривать, — сказала Эрин, откидывая волосы со лба.
— Как у нее дела? Нормально?
— Это-то я и хочу узнать. — Эрин достала из сумочки ежедневник и устроилась с ним и с телефоном на кровати. Коннор улегся рядом и, подперев голову кулаком, с интересом на нее поглядывал. Стараясь не обращать на его внимания, Эрин набрала номер Синди. Сестра не отвечала. Тогда Эрин позвонила в общежитие. Ей ответила другая подружка Синди, Кэтлин. Представившись, Эрин спросила, дома ли ее младшая сестра. Подруга ответила, что не видела Синди вот уже неделю, и пообещала передать ей, что ее разыскивают родственники, как только она появится. Положив трубку, Эрин почувствовала тревогу и помрачнела.
— Что случилось? — озабоченно спросил Коннор.
Она принялась расчесывать гребнем влажные волосы, чтобы немного успокоиться.
— Синди нет в общежитии? — спросил Коннор, и в его голосе прозвучали хорошо знакомые ей стальные нотки.
— Она исчезла из колледжа накануне экзаменов, — сказала Эрин. — Ее лишили стипендии за неуспеваемость. Она же связалась с каким-то Билли, который катает ее на роскошном автомобиле и дарит ей дорогие подарки. Вчеpa, когда я позвонила ей на мобильный телефон, подаренный им, она заявила, что учеба в колледже — пустая трата времени, поскольку у нее больше нет проблем с деньгами. Она, дескать, теперь знает, как их можно легко сделать. Коннор рывком сел и чертыхнулся.
— Примерно так же и я отреагировала на эту новость, — сказала Эрин.
— Какой у нее был при этом голос? Может быть, она была пьяна?
— Точно не знаю, я в этом не разбираюсь. Она хихикала и пребывала в эйфории. По-моему, она просто влюблена.
— Надо выяснить, что это за Билли, — сказал Коннор.
— Но как это сделать, если она не отвечает на мои звонки? — спросила Эрин и снова стала расчесывать волосы.
— Может быть, довольно? — спросил Коннор.
— Да, пожалуй, — сказала она и принялась приводить в порядок его шевелюру.
— Послушай, прекрати! — воскликнул он. — Я не хочу стать лысым. Нам надо поговорить о Синди.
— Ее подруги по комнате в общежитии считают, что защищают Ромео и Джульетту, скрывая от меня истинное положение вещей. — Эрин положила наконец гребень на тумбочку. — Идиотки!
Внезапно Коннор обернулся и с улыбкой воскликнул:
