Погоди, а как же им удалось провезти через полстраны партийную казну вместе с Борманом? Ладно, гой Александр Васильевич Колчак скорее всего сам сдал царское золото, когда пытался Великим Северным путем пройти к Петрограду. Но кому и как удалось тайно от всего мира заполучить сокровища Третьего рейха, притащить и спрятать на Урале вместе с партийным лидером фашистов? Без участия властных структур либо какого-то высокого представителя власти тут не обошлось. Сталин отпадает, потому что был под полным контролем Берии, – оба они самые обыкновенные дети Третьего Интернационала. Тогда кто же тот всемогущий, переправивший из побежденной Германии несколько вагонов ценностей вместе с военным преступником? И вместе с ними привезли «Янтарную комнату»…
Гадать бессмысленно, если каждый раз упираешься в незримую стену, если истина растворена в воде, как алмазы. Но попробуй найди их, если не можешь пощупать руками!..
И тут на глаза Русинову попала каповая доска с наставлением. Она все время была на виду, и он привык к ней; тут же вчитался в текст, как следует очищать росы-каналы. Спустить воду на нивы, а потом убрать камни и грязь… Он знал почти наизусть, что написано, однако никогда не задумывался серьезно, кем написано! Утомленное, взъерошенное сознание уже повсюду искало символический смысл, а тут на стене висит возможный ключ. Необходимо найти тему разговора с Любовью Николаевной, которая бы не вызвала в ней никакого подозрения.
Дождавшись, когда она заглянет к нему в комнату и позовет на ужин, Русинов показал на доску и спросил, кто автор этого наставления. Варга огладила ладонью выжженный текст, будто читая его пальцами.
– Это букварь, – объяснила она. – Подарили, когда ослепла. Училась читать руками…
На глянцевой, отполированной каповой доске буквы действительно можно было ощущать пальцами. Но уж слишком замысловатым и мудреным был текст!
– Научились?
– Научилась, да читать нечего, – сокрушенно сказала она. – Нет таких книг…
– Откуда же это наставление? – возвращая ее к началу разговора, с настойчивостью спросил Русинов. – На Талмуд не похоже…
– Не знаю, – уклончиво проговорила Любовь Николаевна. – Скорее всего арабский источник… Пойдем ужинать?
«В самом деле, что я пристал к старухе? – усмехнулся он про себя. – Все кругом – пустота… И нечего искать, нечего дергаться. Предупреждала Ольга: „Не задавай вопросов!“
Потом он сам щупал доску руками, пытался «читать» – и прочитывал! Действительно, какой-то букварь…
«Не ищите камней на дне росы и не поднимайте [оных], ибо камни [сии] легки в воде и неподъемны на поверхности [ее], а [следовательно], повлекут [вас] на дно с головой…»
Да это же о нем! Он ищет камни на дне росы! Ныряет в воду и пытается поднять, а камни в воде легки и неподъемны на поверхности. И влекут на дно с головой…
«Не ищите камней на дне росы…»!
«Дабы очистить росы, затворите [их], а воду пустите на нивы. И обнажатся камни и прочие [нечистые] наносы… И будет труд [ваш] тяжел, но благодарен…»
Это звучало как наставление по очистке собственного сознания от «камней» и «нечистых наносов». Очищение духа и разума, избавление от сути изгоя!.. Не может быть, чтобы эту доску умышленно повесили в его комнату. Да и висит тут она давным-давно! Нет, это букварь для очищения, некое постоянное напоминание о чистоте «рос»… Роса – это не оросительный канал! В переводе с древнеарийского – «сияющий, лучезарный»!
Чтобы быть сияющим, носящим свет – спустите накопившуюся в вас грязную воду, и обнажатся камни! Иначе не увидеть этих камней в мутной воде, а нырять и доставать их – напрасный труд…
Пусть обнажатся камни! И тяжелый труд возблагодарится светом.
Если это напоминание для гоев, то нечто подобное этой доске должно быть и в доме Ольги. В тот же вечер он пошел к участковому, однако его, как всегда, встретила мать, Надежда Васильевна, не пустила дальше крыльца и с сожалением, не ожидая вопроса, сказала, что Оля еще не приехала и никаких вестей не присылала…
Пришлось уйти, как всегда, несолоно хлебавши. Он вернулся к Любови Николаевне и вдруг обнаружил, что каповой доски на стене нет. Осталось лишь темное пятно, точно повторяющее конфигурацию…
В эту ночь он первый раз заснул после пещер, но очень чутко, настороженно. И проснулся оттого, что почувствовал: кто-то находится в комнате! Первой мыслью было – Ольга! Но, открыв глаза, увидел склонившегося над ним мужчину.
– Виталий? – спросил он.
– Тихо! – Вошедший приставил пистолет к виску. – Вставай без шума. Одевайся, пошли со мной.
Это был не Раздрогин, а совершенно незнакомый человек. Так еще с Русиновым здесь не обращались…
– Кто ты? – спросил он.
– Все вопросы потом, – прошептал незнакомец, не убирая пистолета. – Собирайся быстро.
Русинов оделся. По крайней мере это уже какое-то событие в том затишье, в той пустоте, вынесенной из пещеры… Хозяйка все время запирала дверь на внутренний замок, однако незваный гость открыл его, вырезав круг стекла в нижнем глазке, – это Русинов отметил на ходу: после посещения Раздрогина все оставалось целым…
