– Предположим, знаю такого, – сказала Анна. – Может быть, вы объясните, что все это значит? Новый способ знакомства? Между прочим, я замужем.
– Выходит, вы ничего не знаете?
– А что, собственно, я должна знать?
– Но вы ведь встречались с Кириллом?
– Один-единственный раз, – сказала Анна. – Вчера. И очень надеюсь, что второй встречи не будет.
– Вот в этом я не уверен…
– Послушайте, у меня масса работы. – Анна демонстративно придвинула к себе стопку писем. – Можете передать вашему другу…
– Он мне не друг! – Это не было криком, но прозвучало как крик. – Я думал, что вы… Должен же кто-то что-то обо всей этой фантасмагории знать… – Глаза у него были как у больной собаки. – Анна Георгиевна, вы вправе подозревать любую мистификацию, и все же… Хорошо, вы ничего не знаете. Значит, мы находимся в одинаковом положении. Скажите, вам не снилось… Что-нибудь необычное, скажем?
– Что случилось? – тихо спросила Анна. Вряд ли он играл. Непонятно, какие цели должна была бы преследовать игра. Он расстроен, взволнован, и, если он говорит правду, с ним происходит то же самое…
– Что случилось? – повторил Гроховский, потянулся за сигаретой. – Ничего не понимаю. Внезапно появляется незнакомый человек и знает о тебе такое… Нет, ничего стыдного или уголовного, но ведь не должен он это знать… Интригует многозначительными недомолвками, вдобавок сны эти проклятые.
– Какие? – с удивившим ее любопытством спросила Анна.
– Так, сплошные глупости. Чужие какие-то сны. – Гроховский решительно поднялся. – Я прошу вас, Анна Георгиевна, если вы что-то узнаете раньше – вот мой телефон, я вас очень прошу…
– Да, разумеется, – кивнула Анна. – Но… – Гроховский не обернулся, дверь захлопнулась за ним, словно разрубая тайну на две половинки, ничего по отдельности не объяснявшие и не значившие. Анна повертела визитную карточку, отложила и решительно набрала номер.
– Приемная, – откликнулся деловитый женский голос.
– Простите, вы не подскажете – Кирилл Астахов у вас работает?
На другом конце провода помолчали, потом предложили позвонить в отдел кадров. Анна позвонила, зачем-то назвалась сотрудницей паспортного стола, придумала какой-то повод, но все напрасно – Кирилл Астахов не числился среди работавших на уважаемом в городе предприятии.
«Ничего не доказывает, – сердито подумала Анна. – Просто друзья-приятели, а работают в разных местах, и визит этого Гроховского призван закрепить мистификацию… Что же, Анна Георгиевна, снова пытаетесь первым пришедшим на ум банальным объяснением стереть загадочные несообразности происходящего?»
Она задумчиво смотрела в окно поверх забытой дымящей сигареты. За окном были люди, машины и облака, еще дальше – Луна, освоенная фантастами, автоматическими станциями и экипажами «Аполлонов», и совсем далеко – укрытое за солнечным небом что-то неуловимое: чуточку не так проезжали машины, как-то иначе спешили люди, иными казались и облака. И все это – из-за двух странных разговоров и глупого сна? Не стоит беспокойства, право… И все же, все же, зачем главному инженеру солидного предприятия, человеку, по возрасту почти годившемуся ей в отцы, участвовать в идиотском розыгрыше? Может быть, это всего лишь естественная защитная реакция сознания на вторжение в жизнь Неведомого – свести все к банальным заигранным отгадкам? С неба не могут падать камни. Земля не может вращаться вокруг Солнца… Что там еще?
Она сердито погасила сигарету и принялась за письма – нужно было работать.
Она собиралась уже перейти улицу, идти на остановку, но зеленый «Москвич», притихший у бордюрчика, внезапно рыкнул мотором, рванулся вперед и загородил ей дорогу. Водитель распахнул дверцу. Кого-кого, а уж его Анна предпочла бы не встречать больше в течение ближайших пятидесяти лет. А он улыбался как ни в чем не бывало.
– Ох, опять вы… – с усталым раздражением сказала Анна.
– Ну да. – Астахов беззаботно улыбался. – Са-дитесь.
– Нет, спасибо. – Она вспомнила «Мимино». – Я лучше пешком постою.
– Напрасно. – Его лицо стало сосредоточенно-деловым, даже холодным. – Вот что, хотите честную сделку? Вы сядете в машину и выслушаете все, что я скажу, но только, подчеркиваю, все. И после этого, если хотите, я навсегда исчезаю из вашей жизни. Итак? Не столь уж обременительные условия…
– Действительно, – сказала Анна. – Не такая уж высокая цена за удовольствие вас никогда больше не видеть. А вы как, держите слово?
– Да. Специфика работы. Потом сами поймете. Садитесь. Или боитесь?
– Вот уж ничего подобного, – дернула подбородком Анна.
Астахов включил мотор. Они ехали недолго – Астахов свернул за угол, загнал машину в тихий пустой дворик двухэтажного дома и остановился. Откинулся на спинку кресла, удобно умостил затылок на подголовнике.
– Итак, загадочный Кирилл? – спросила Анна.
– Ото! – Астахов цепко взглянул на нее. – А ведь я вам по имени не представлялся, помнится. Гроховский у вас побывал или Вадик?
– Есть еще и Вадик?
