Дождь. Удивительное явление природы. Люди бегут, пытаясь не промокнуть. Забывают обо всем, обо всех своих делах, просто хотят укрыться от надвигающегося дождя. Люди толпятся в магазинах, на крытых остановках, пытаются забежать в автобус. А дождь все капает. Все сильнее и сильнее. Его не интересует, что этот бородатый мужчина опаздывает на работу, где ему уже давно не поручают приличную работу. А эту женщину с печальными голубыми глазами забыл поздравить с днем рождения возлюбленный. Вот этот нагловатый молодой человек, зарабатывая деньги отсылает своему больному брату в другой город. И эту девушку, которой сегодня надо сдать экзамен, материал которой она учила всю ночь. Дождю не интересны проблемы, обиды, желания , дела других. Он знает свое дело. Капает… Слышите? Природа вновь тактично напоминает, кто здесь хозяин…
Шонэ «Без истины в хаосе», глава 7
Глава 10
Дождь. Хоть волком, хоть оборотнем вой. А ведь Саррэль могла бы помочь ему. Эван вспомнил лицо девушки, и фигуру, и открытую душу. Это единственное существо, которое предложило ему свою помощь. Перед глазами вампира стала его жизнь…и детство.
1880 год. Приют для вампиров. День рождения: 4 года.
-Эван, милый, вставай.- дотронулась до него женщина в чепчике.
Мальчик открыл глаза. Тетя Мария была самой доброй в приюте. Она всегда их будила, но сегодня день особый:
-Эван, с днем рождения тебя- улыбаясь сказала Мария. Она посмотрела на него и достала 3 больших пирожные.- Это тебе!
Глаза мальчика скользнули по ним: его еще никогда не угощали сладостями. Эван взял их, и через секунду в тарелке осталось лишь одно. Эван стоял с переполненным ртом и еле выговорил слова благодарности. Мария на это лишь улыбнулась: ее ждала работа. Эвана поселили в комнате, где жили 30 мальчиков, с трех до шести лет. В обязанности женщины входило помочь переодеться маленьким мальчикам. Потом они строились в ряд и шли в столовую. Эван знал, что завтрак он может съесть: шестилетний Гарс слишком сонный, чтобы отобрать у него рисовую кашу. Вот завтрак кончился и мальчики шли в детскую - играть.
Эван с недели трудился, чтобы починить деревянный экипаж. Мария дала ему краски для того, чтобы покрасить одну из лошадок в черный цвет. Две другие остались серебряными. Все игрушки лежали в большом дубовом шкафу. Маленький мальчик со светлыми волосами нетерпеливо подошел и открыл его, но не нашел свой экипаж. Эван вздрогнул, да, Гарс отнимал все игрушки, но его лошадок не трогал - они были слишком потрепанными. Мальчик еще раз посмотрел, шкаф улыбался ему своей зловещей улыбкой - экипажа нигде не было!
-Эй, не это ли ты ищешь!- окликнул его Гарс. Игрушка уместилась в ладони мальчика.
-Ты хорошо сделал, что починил его для меня- с ухмылкой заметил толстяк и снова уселся играть, не замечая отчаявшегося мальчика.
Эван мог бы допустить оскорбление. Он мог бы остаться без обеда или терпеть, как Гарс прячет его одежду или молчать, когда его однажды закрыли в комнате одного. Но не сегодня! Не в день своего рождения!
-Давай игрушку сюда! - воскликнул мальчик, задыхаясь от возмущения.
Гарс обернулся, все еще не понимая, кто осмелился так к нему обратиться. Он хотел увидеть лицо этого наглеца, который сделал ему вызов. Гарс в недоумении посмотрел на четырехлетку.
А то что? - не сразу спросил испытатель чужих игрушек.
Эван разозлился. Как он мог терпеть этого толстяка столько времени? Гарс просто издевался над ним. Мальчик разбежался и ударил сидящего обидчика в плечо. В комнате воцарилась гробовая тишина. Все мальчики стихли. Было девять часов, а значит, тетя Катрин зайдет только через полчаса. Дети с надеждой смотрели на смельчака и тайно за него болели: мерзкий Гарс сломал много детских игрушек и маленьких судеб.
Шестилетний громила пытался отшвырнуть его, но Эван крепко вцепился за его волосы. От злобы и бессилия Гарс расколол игрушку на две части: карета валялась в запыленном углу, а лошади оказались в другом конце комнаты. Эван обернулся, ему показалось, что одна из лошадок подмигнула ему. От обиды у мальчика появились слезы, а Гарс, улучив момент, толкнул его. Эван ещё отчаяннее вцепилась в обидчика: он колотил его по животу. Гарс не ощущал эти удары. Он со всего размаху ударил смельчака по лицу. Кровь хлынула, Эван даже не заметил, как оказался на пыльном полу. Гарс рывком поднял его за плечи и потряс:
-Если кому-нибудь скажешь - убью! - зло ухмыльнулся он.- И вас тоже! - пригрозил Гарс остальным мальчикам.
Эван все ещё лежал на полу, когда их позвали на обед. Нос его болел, но эту боль нельзя было сравнить с другой болью где-то в груди, которая грызла его. Все сильнее и сильнее. Именно тогда, в четырехлетнем возрасте Эван ощутил свою ненужность и беспомощность, а ещё…одиночество. Боль осталась, боль отчаяния. Но осталась еще и надежда на спасение.
Глава 11