Роман австрийского писателя Роберта Менассе «Столица» рассказывает о подготовке к празднованию юбилея Евросоюза. Торжества по этому случаю устроители хотят провести в Освенциме, куда некоторые персонажи предлагают перенести политическую столицу Европы.События разворачиваются на фоне бюрократических кулис аппарата члена Еврокомиссии, ведающего делами культуры и пекущегося исключительно о собственной карьере. Помимо представителей высшего общества в романе действует убийца, который убил непонятно кого, поэтому расследование заходит в тупик.В 2017 году роман «Столица» был удостоен Немецкой книжной премии.
Robert Menasse
Die Hauptstadt
Roman
The translation of this work was supported by a grant from the Goethe-Institut.
Перевод выполнен при поддержке Гёте-Института.
В романе «Столица» Роберт Менассе превращает рутинное безумие Евросоюза в захватывающий сюжет. Сатирически описывая брюссельского Молоха, писатель одновременно представляет нам свое видение постнациональной Европы.
Роман Роберта Менассе «Столица» в 2017 году был награжден Deutscher Buchpreis, Немецкой книжной премией, как лучший немецкоязычный роман года.
На русский язык книгу перевела Нина Николаевна Федорова, в 2018 году удостоенная Немецкой переводческой премии МЕРК в номинации «Художественная литература».
© Suhrkamp Verlag Berlin 2017
© H. Федорова, перевод, 2019
© «Текст», издание на русском языке, 2019
Rêver, c’est le bonheur; attendre, c’est la vie.
В мечтанье — счастье; в ожиданье — жизнь.
Ба, свинья бежит! Давид де Вринд увидел ее, когда открывал окно гостиной, чтобы в последний раз окинуть взглядом площадь, а затем навсегда покинуть квартиру. Он не был сентиментален. Прожил здесь шесть десятков лет, шесть десятков лет смотрел на эту площадь и теперь подводил черту. Вот и все. Любимая его фраза — когда бы ему ни случалось что-нибудь рассказывать, сообщать, утверждать, он всегда произносил два-три предложения, а потом: «Вот и все». Эта фраза была единственным правомерным итогом любой минуты или этапа его жизни. Экспедиционная фирма уже вывезла кое-какой скарб, который он забрал с собой на новое место жительства. Скарб — странное слово, впрочем, на него оно никак не подействовало. Потом приехали люди из уборочной фирмы и вывезли все остальное, не только то, что можно просто вынести, нет, они вырвали, разобрали на части и вынесли все до последнего гвоздя — как говорится, вымели квартиру подчистую. Де Вринд сварил себе кофе, пока плита и кофеварка «эспрессо» еще были на месте, наблюдал за работой уборщиков, стараясь не заступать им дорогу, и еще долго держал в руке пустую кофейную чашку, но в конце концов швырнул ее в мешок с мусором. Потом уборщики уехали, квартира опустела. Выметенная подчистую. Вот и все. Последний взгляд в окно. Там, внизу, все так хорошо знакомо, а теперь пришла пора съезжать, потому что настало другое время, — и вдруг он увидел… в самом деле: там, внизу, свинья! Посреди Брюсселя, на Сент-Катрин. Видимо, она выбежала с улицы Брэ, промчалась вдоль строительного забора перед домом, де Вринд высунулся в окно и увидел, как справа, на углу улицы Вьё-Марше-о-Грен, свинья проскочила между прохожими и едва не угодила под колеса такси.
Кай-Уве Фригге, которого резкое торможение бросило вперед, снова упал на спинку сиденья. Скривился. Он опаздывал. Нервничал. Что там опять стряслось? На самом деле он не опаздывал, просто, назначив встречу, считал важным прийти минут на десять раньше, особенно в дождливые дни, чтобы до прихода человека, с которым договорился о встрече, успеть в туалете быстро привести себя в порядок, причесать мокрые от дождя волосы, протереть запотевшие очки…
— Свинья! Вы видели, месье? — воскликнул таксист. — Чуть не под колеса мне кинулась! — Он наклонился к лобовому стеклу: — Вон она! Вон! Видите?
И Кай-Уве Фригге увидел. Тыльной стороной руки протер стекло, свинья совсем рядом, бежит прочь, мокрая грязно-розовая туша поблескивает в свете фонарей.
— Мы на месте, месье! Ближе не подъедешь. Нет, ну надо же! Свинья чуть не под машину кидается! Подфартило мне, иначе не скажешь!
Фения Ксенопулу сидела в ресторане «Менелай» за первым столиком у большого окна с видом на площадь. Злясь на себя, что пришла слишком рано. Ведь она роняет свое достоинство, сидя здесь в ожидании его прихода. А всё нервы. Она боялась из-за дождя застрять в пробке и отвела на дорогу слишком много времени. Вот и сидела теперь за вторым узо[1]. Официант назойливой осой кружил подле нее. Фения смотрела на рюмку и приказывала себе не трогать ее. Официант принес графин со свежей водой. Потом тарелочку с оливками… и сказал:
— Свинья!