— Гоги лучше первым, мы с тобой его сами, без посторонних. Выведи куда-нибудь, а я буду вас там поджидать.
— Он осторожный, в незнакомое место не пойдет. Разве что к Саблину.
— Туда и веди, нынче ночью.
Сергей удалился. Лыков хотел помыть руки, но вспомнил, в каком образе находится, и передумал. Он вернулся в зал, добил омуля и одолел всю водку, включая добавку. Расплатился как полагается, оставив двугривенный на чаек. Уходя, сказал официанту:
— Да, хорошо у вас тут. Буду заходить.
— Ждем-с всегда-с.
Покачиваясь, сыщик вышел на улицу и зашагал к вокзалу. Там поймал извозчика и велел доставить его в Знаменское предместье. Саблина дома не оказалось. Двери в Иркутске было принято запирать, и Алексей Николаевич проторчал на улице целый час. Артельщик вернулся с корзиной картошки. Увидел Лыкова и переменился в лице.
— Чего опять?
— Сегодня ночью Азвестопуло приведет сюда Гоги Иосишвили.
— Зачем?
— Затем, что абрек отсюда живой не выйдет. Я тебе говорил, что это он убил все семью Егошиных?
— Тех самых? Иван Николаевич знакомец мне был. Порядочный мужик.
— Гоги зарезал в том числе семимесячную девочку. Я два месяца жду момента поквитаться. Теперь пора.
— А мы с Авдотьей?
— Ты мне нужен. Впустишь бандита в дом. Как все закончим, перевезем вас в военный госпиталь. Но ты ничего не видел! Знаешь, как сейчас за внесудебную расправу судят?
Лыкову приходилось спешить. Скоро уже вечер, а военные ни сном ни духом. Он помчался в Белый дом. Селиванов принял его тут же, как будто ожидал.
— Есть новости, ваше высокопревосходительство. Пасьянс сошелся, теперь я знаю все.
— Говорите!
— Времени в обрез. Разрешите сразу сделать общий доклад? Понадобятся генерал-квартирмейстер Кузьмин-Караваев и начальник ИОО ротмистр Самохвалов.
— А этот для чего? Если надо жандармов, так сейчас телефонирую полковнику Познанскому.
— Рабочая лошадка — один Самохвалов, а начальство переписывает его доклады, ставит внизу автограф и вручает вам. Нужно провести специальную операцию. Полковник там бесполезен, нужен ротмистр.
Но генерал-губернатор возразил:
— Для дела, конечно. Но есть соображения субординации. Если не позвать Познанского, он рассердится. А обиду выместит на ротмистре.
В результате питерец делал доклад четверым военным. Новость о том, что бандиты планируют ограбить ярмарку краденого золота в Благовещенске, поразила их. Причем каждый выделил свое. Познанский ахал насчет плохого контроля за старателями. Самохвалов удивлялся, как легко в российские пределы проникают хунхузы. А генерал-губернатор вознес руки к потолку:
— Двадцать лет у него ворованное золото торгуют. Двадцать лет! А он все в неведении.
Сыщик понял, что Селиванов имел в виду своего коллегу, приамурского генерал-губернатора Унтербергера.
Дав слушателям выговориться, коллежский советник продолжил. Он высказался за немедленную экспедицию в Илимск. И изложил свой план с пароходом, который неожиданно нагрянет в город по реке.
Селиванов тут же согласился. Он сказал:
— В моем распоряжении имеется паровой катер «Орел». Он сейчас стоит без дела. Забирайте и выжгите змеюшник.
Кузьмин-Караваев добавил:
— Можете взять людей из служительской команды штаба округа[60]. Или разведчиков от Двадцать восьмого стрелкового полка, они лучшие в Седьмой дивизии. Там весь полк — молодцы, геройски обороняли Порт-Артур, половина состава полегла в боях…
— На катер много не поместится, — напомнил сыщик.
— Пятьдесят человек вам должно хватить.
— В их число входят жандармы под командой ротмистра Селиванова, и еще три-четыре человека от иркутской полиции — для проведения дознания. Список людей я готов сообщить хоть сейчас.
Ротмистр взялся за перо.
— Начальник сыскного отделения Бернард Аулин, надзиратель Федор Франчук, сыскные городовые Матвей Журомский и Ефрем Чабан.
— А вы сами? — хором спросили вояки.
— Пока не знаю, господа. Хочется тоже принять участие. Мне же потом докладывать Курлову. А как докладывать то, что сам не видел?
— Так в чем же дело?
— В Иркутске прячется боевая дружина под командой Гоги Иосишвили. Двадцать человек. Именно они скоро должны выехать в Благовещенск на экс. Надо их ликвидировать.
— Так сплаваете, вернетесь и того, — предложил Познанский.
— Когда катер вернется, все уголовные будут знать об экспедиции. У них очень хорошо поставлено оповещение. Ловить боевиков окажется поздно…
— То есть нужно громить и тех, и этих одновременно, — констатировал ротмистр.
Лыков начал рассуждать:
— Если взять Гоги, уже полдела, считайте, сделано. Он — шапка, без него банда не так опасна.
— Шапка? — не понял Селиванов.
— Ну, главный, заправила.
— А…
— Мне известно местоположение Иосишвили. Сегодня ночью я постараюсь его арестовать.
— В одиночку? — опять не понял генерал-губернатор.
— Вдвоем с моим помощником титулярным советником Азвестопуло.
— А справитесь? — встревожился ротмистр. — Могу помочь людьми.
— Вы лучше сообщите свои соображения насчет притонов, где могут скрываться остальные боевики.
Тут сыщик счел нужным пояснить начальникам:
