Ректор Валетт тоже поорал бы да успокоился, если бы стеночка осталась целой. Сооружение возводилось бригадой гномов и должно было стать одним из элементов полосы препятствий для натаскивания магов-боевиков. Кто знал, что магически усиленная стена падет от натиска землян, не догадывающихся о ее магических свойствах. Еще раз нашли свое подтверждение древние истины «заставь дурака Богу молиться – он и лоб расшибет» и «против лома нет приема». Ректору, магам Тантры и драконам было грех жаловаться. За полгода обучения земные маги, специализировавшиеся на рунной магии, досконально изучили вопрос составления плетений, а наличие у них мощных вычислительных центров позволило поднять на новый уровень науку составления магических конструкций. Молодые энтузиасты оказались охочими до экспериментов. В группе Вадима очутились пять человек, общавшихся с компьютером на «ты», причем двое из них были доками в программировании. Одним из «док» была Валентина Остапенко – миловидная, пышногрудая русоволосая особа восемнадцати лет от роду. Все бы ничего, не фанатей Валечка от Джоан Роулинг и сказочек о Гарри Поттере. Не сказать, что у девушки капитально срывало крышу, но все ее разработки были с дифферентом в сторону поттеровщины. Разработанным рунным схемам присваивались названия из книг о приключениях шрамоголового гриффиндорца. «Силенцио» – звуковой полог, отсекавший звук непосредственно вокруг того, против кого применялось плетение. «Протего» – активный щит, поглощавший магические атаки. Были еще десяток заклинаний из программы Хогвартской школы чародейства и волшебства, нашедших применение на просторах Иланты. Валечке, в меру сил и способностей, помогал второй гений магии и программирования. Причиной «вспоможения» был глаз, тут Вадим не разбирался – левый или правый, или оба вместе, без разницы, но этот глаз, или глаза, Сергей Березин положил на юную магичку и больше не убирал. Березин быстро показал всем, что Валя находится под его защитой и покровительством. Первое время порывы парня помочь ей в разработках девушка принимала за чистую монету, но потом разобралась в истинных побудительных мотивах помощника. Долго ли, коротко ли, но во вторую увольнительную на Землю они отправились уже вместе: Валя повезла ухажера знакомиться с родителями.
Вадим, которому остро требовалась практика в освоении сложносоставных рунных схем и плетений, выступал у парочки конструкторов в роли силового агрегата и испытательного комплекса, благо внутренние хранилища маны у него были как бездонная бочка.
– Белый, ты жрать хочешь? – спросил Сергей, подходя к кампусу.
– Спрашиваешь…
– Предлагаю смотаться в город, хочу кикирейских птичек, местная стряпня мне уже осточертела. Ты как, поддерживаешь?
– Одобрямс, только бы морду лица умыть да переодеться…
– Договорились, встречаемся через… – Березин посмотрел на Валюшу и внес коррективы в неозвученную фразу: – Встречаемся через час у ворот. До отбоя и закрытия калитки четыре часа, успеем и пожрать и погулять. Не опаздывай.
– Не опоздаю. С тебя бутылка, не забывай.
Через час почистившие перышки экспериментаторы покинули пределы учебного заведения.
– Э-э, ребята, вы не знаете, что сегодня за праздник? – спросила Валентина, глядя на празднично разодетую публику.
Парни синхронно пожали плечами.
– Узнаем по дороге, – сказал Березин. – Идемте, я жрать хочу. В Ортене вечно что-нибудь празднуют.
Ортен праздновал День снятия осады и победы в прошедшей войне. Справедливости ради стоит уточнить, что официальный День Победы Тантра отмечает несколько позже, но горожане почитают именно этот день, в который четыре года назад тысячи защитников положили на алтарь свободы то единственное и дорогое, что у них еще оставалось, – свои жизни. Ритуал добровольной жертвенности позволил двум магам, жизни и смерти, исполнить древнее плетение огненного смерча. Бесчисленная орда «зеленух», диких зеленых орков из северных степей, в один миг превратилась в прах. Потом были полчища лесных эльфов, сражения на подступах к городу и его стенах, была радость победы, но все это было потом. Именно этот день величайшего массового самопожертвования все горожане считали своим вторым днем рождения.