— Шутишь? Ну-ну, посмотрим, как ты потом запоёшь, — морщась от противного вкуса маны и покрывшись бисеринками солёного пота, Вадим укреплял щиты, параллельно формируя сложносоставное «тяжёлое» плетение «земляных ножей». — Приготовься…
Вокруг тявкающей оравы всеми цветами радуги полыхнула защита, «пулемётная очередь» русского орка достигла цели. На третьем конструкте щит лопнул, но главная тварь осталась невредимой, лёгкое движение когтистой лапы вздёрнуло в воздух и подставило под удар несколько шакалят из толпы. Пара «гавкалок», познакомившись с плодами илантской и земной магической мысли из области боевой некромантии и магии стихий, разлетелись мелкими брызгами, несколько «псов» превратились в визжащие факелы. Последние «пули» вонзились в телохранителей-людей, закрывших босса своими телами. Реакция у них была просто фантастическая. Обычный смертный не успел бы среагировать на скоростное заклинание. Некромантские «мушки», связанные с магом каналом силы, выпили из обречённых на убой жизненную энергию и высушили их до барабанного состояния, тем самым пополнив куцый резерв отчаянного некроманта. В следующий момент сфера Белова содрогнулась от мощнейшего «пинка», вторая «подача» опрокинула напарников на грешную землицу. От магического удара поплыло в голове и зазвенело в ушах, но выкладываясь на полную, Вадим сумел удержать и щит, и недостроенное плетение «ножей». Мир сократился до «здесь и сейчас». Понимание того, что он — единственный рубеж обороны между иномирными вторженцами, неизвестно как проникшими на Землю, и жизнями людей за спиной, заставляли его держаться. У Ивана дела обстояли несколько хуже, парень не имел личных щитов, поэтому атака на сферу отразилась на нём ударом кувалды в лоб, который вызвал контузию. Из носа молодого гэбиста потянулись кровавые дорожки, капилляры в глазах полопались, сделав его похожим на взбешённого быка.
Неизвестно чем могло закончиться противостояние магов, но тут, хвала всем богам, очухались парнишки в хламидках и вовсю использовали передышку. Поняв, что их больше не прессуют, они, показывая выучку и умение работать в группе, ловко перестроились, выдвинув во фронт белобородого дедка. Видимо, люди, атакуемые помесью дворняг и попахивающих псиной бомжей, здраво рассудили, что враг твоего врага может оказаться другом тебе, поэтому они моментально сориентировались в ситуации. Дедок чего-то там пошептал, сделал пасс руками и резко «саданул» левой ладонью в сторону владельца посоха. Главный шакал, погнавшийся за двумя зайцами, отвлёкся от добивания вредного туземца. Абориген, не теряя драгоценных секунд, завершил плетение «ножей» и хлопнул ладонями по земле. Зайцы оказались кусачие.
— К-р-ра-са-вЕц! — процедил Вадим, оглянувшись на товарища. — Как скомандую, стартуй за мной. Подберёмся ближе и пристрелим бешеную псинку.
— На себя посмотри, чучело огородное, — отбрил Иван, глядя на чёрта из-под подворотни. Перепачканная, извазюканная в пыли и крови одежда висела на маге рваными лохмотьями, под глазом набирал цвет приличный фофан. Видимо кое-что просочилось через щиты. Шакал с дубинкой бил не в бровь, а в глаз.
— Три, два, пошли!
Одновременно с последним словом бетон вспороли тонкие иглы полутораметровых сталагмитов. Выстреливая телом вперёд, Вадим активировал десяток простейших ударных заклинаний, перемешанных тремя связками «мушек» (не стоило забывать о пополнении резерва). Отставая от него на полшага, нёсся Иван. Острые каменные лезвия навылет прободнили полудюжину тварей, на одном из кольев на одной ноте верещал телохранитель главтвари, которая, хоть и не ожидала атаки с данного направления, опять ускользнула от возмездия. «Болванки» ударных плетений врезались в щит, видя такое дело, дедок в бесформенной хламиде поддержал атаку. Через пяток секунд защита приказала долго жить, за это время пара спринтеров успела преодолеть полсотни метров.
— Давай! — проорал Белов.
Иван резко притормозил, вскинул руку с пистолетом, зафиксировав левой рукой рукоятку оружия, быстро прицелился и потянул курок.
Бах-бах-бах-бах-бах-бах. Затворная рамка застыла в крайнем положении. Владелец посоха невидяще смотрел на незапланированные природой отверстия в груди. Иван стрелял наверняка, в человеческом силуэте грудь намного больше и шире головы. Пистолет Макарова — не снайперская винтовка, попасть из него в бошку с расстояния в тридцать пять метров сможет не каждый стрелок. Посох выпал из ослабевших пальцев, поскуливая, вожак шакалов рухнул за спины уцелевших телохранителей, ринувшихся на убийц господина. Тройка мордоворотов подхватила окровавленное тело и со скоростью сайгаков умчалась в направлении портала, остальная толпа дружно поддержала телохранителей. С воем и визгами, ощетинившись колюще-режущим инструментом, шакаломордые ринулись на землян.
— Кажется, сейчас нас будут бить, может быть даже ногами, — Иван был прав, приближающийся противник спешил к ним явно не с поздравлениями с Днём Святого Валентина. В налитых кровью глазах читалось обещание лютой смерти.
