После окончания войны и последовавшего за этим вынужденного бегства из Светлого Леса, Ируэль несколько утратил возможности следить за изменениями в людских королевствах. Арии и пришедшие с драконами беженцы с Нелиты кардинально перемешали политическую кухню Алатара. За короткое время образовалось несколько мощных полюсов силы. Политические группировки оспаривали пальму первенства, но и они были не главной скрипкой на континенте. Над всеми противоборствующими лагерями простиралась арбитражная надстройка драконов. Крылатая императрица официально не вмешивалась в дела двуногих существ. На деле же ни одно телодвижение правителей не обходилось без пристального внимания драконов. У бывшего советника в руках осталось несколько ниточек, ведущих к законспирированной агентурной сети, созданной ещё Владыкой Рателэм, основательно, но не до конца прореженной тайной канцелярией Тантры. За два года Ируэль ни разу не вышел на прямою связь с нужными фигурами. Бывший советник предпочитал стороннее наблюдение и косвенные контакты через подставных лиц. Благодаря агентурным данным он и воспитанница, были в курсе основных событий. У эльфа было четыреста лет, дабы отточить аналитические способности и ещё два года на рисование портрета главных политических игроков. Кто-то, кто не представлял всей картины, мог подумать, что в стане драконов всем руководит и командует императрица. Это было не совсем так. Опытные пройдохи носом чувствовали наличие у драконов ещё одного игрока. Неизвестный искусно прятался в державной тени и ни разу не выступил против всесильной императрицы. Хотя подвизавшимся на поприще политических игр хватало намёков на то, что Ягирра периодически оглядывается на Великую Мать миур и на древнего лесного эльфа, который держал в кулаке все поселения Великого и Первого лесов. По некоторым косвенным признакам можно было сказать, что эти игроки не подчиняются коронованной драконе, но предпочитают действовать в русле её политики. Никто не мог понять причин, откуда берутся корни независимой политики пришлых эльфов, людей и кошколюдок. Ируэль и не пытался искать их. Ему, как и многим другим, совершенно не хватало информации. Однако даже тех крох, которые порой перепадали эльфу, было достаточно для соответствующих выводов, что у миур и эльфов есть высокий покровитель в окружении императрицы.
Агент Кимт несколько секунд полюбовался на невозмутимые лица длинноухих наёмников, кивнул напарнику, тот занял место за письменным столом, выложив на крышку оного пару крупных кристаллов.
— Не возражаете, — глумливо поинтересовался Кимт, устанавливая на столе небольшую стойку и вкладывая в держатель один из кристаллов, — если наша беседа будет вестись под протокол? Нет? Приступим.
Агент, с ноткой превосходства, улыбнулся одними уголками губ, между дознавателями и эльфами возник магический экран. Бережёного Нель бережёт.
Вопросы посыпались проливным дождём. Кимт кивал на ответы, уточнял, снова кивал, заходил с другой стороны. Было видно, что технология опроса давно отработана до мелочей, а вопросы подобраны опытными магами. Про себя Ируэль отметил, что раньше тайная канцелярия не отличалась подобной дотошностью. Серьёзные изменения, меньше чем за три года танрийские рыцари тайных дел далеко шагнули в части профессионализма. Это было страшно. Лес проигрывал гонку тайных дел.
— Что ж, вы были предельно откровенны, — через час мучений услышали эльфы, — Вы нам подходите по всем параметрам, просто удивительно. В завершение опроса, уточню в последний раз — вы назвали настоящие имена? Предупреждаю, обучение языкам и письменности чужого мира будут проводить маги-менталисты. Как вы понимаете, без глубокого зондажа и малого слияния разумов в этом случае не обойтись.
Элиэль напряглась, Ируэль побледнел. Дознаватель ударил ниже пояса. За себя эльф не беспокоился, но Элиэль была не так сильна в постановке ментальных щитов, правильнее сказать, совсем не сведуща. Тщательно разработанная легенда рассыпалась подобно песчаному домику
— Вижу, вам есть, что сказать, — магический экран засверкал ярче. Кимт перестал улыбаться: — Я вас слушаю.
— Что. Вы. Хотите. Услышать? — разделяя каждое слово, спросил Ируэль.
— Неужели, СОВЕТНИК, вам нечего сказать? — выложил на стол козыри агент Кимт. — Предлагаю играть в открытую.
Элиэль почувствовала, как горло перекрыл тугой комок, поднявшийся из глубин естества. Так просто, агент Кимт не собирался ходить вокруг да около, рубя клинком по живому. Создавалось ощущение, что спецслужбы Тантры только и делали, что ждали визита бывшего советника одного из самых одиозных Владык Светлого Леса и дочь бывшего повелителя. Девушка второй раз в жизни увидела падение маски бесстрастности с лица наставника. Первый раз был, когда они узнали о предательстве «изменённых» и аресте отца прямо на совете владык.
— Как? — выдавил из себя ошеломлённый эльф. Несколько секунд он о чём-то лихорадочно размышлял:
— Понимаю…. И давно Дихт работает на тайную канцелярию?
— Не стоило вам лично встречаться с приказчиком.
