Впрочем, справедливости ради, Виктора политико-экономические перипетии интересовали в последнюю очередь. Всю жизнь он считал себя циником и прагматиком до мозга костей, до прошлого года не подозревая о толстой авантюристкой жилке, до поры до времени дремавшей в глубине души. Новые миры притягивали к себе сильнее магнита, будоража кровь неизвестным. Неоднократно Виктор ловил себя на мысли, что он бросил бы всё за возможность уйти туда, где нет акул бизнеса и алчных обывателей с заплывшими жиром мозгами, где он будет пионером. Видимо здесь сказывалось преобладание в нём авантюрного духа древних викингов, добравшихся до Гренландии и Нового Света на пятьсот лет раньше Колумба.
Пока иные миры остаются недоступными для американцев. Переговоры с русскими ведутся, но те жёстко стоят на условиях, согласно которым за ними остаётся контроль и обслуживание порталов. Впрочем, умные люди их прекрасно понимали. Ни один человек в здравом уме не откажется от контроля над золотой жилой, как бы Вашингтон не изгалялся, говоря, что открытие мирового уровня должно принадлежать всему человечеству. Русские кивали, соглашались, но продолжали держать за спиной здоровенный кукиш. Ищите идиотов. Любому дураку понятно, что в роли человечества Дядя Сэм мнит себя любимого. Добровольно Москва больше ничем делиться не будет, выбить секрет силой и с помощью спецслужб также не удавалось.
Мягко прошелестев шинами, автомобиль спустился с пригорка. Деревья расступились в стороны, освобождая подъезд к воротам, возле которых, к удивлению хозяина, притулилось несколько автомобилей. Виктор чуть притормозил, разглядывая фигуры незваных гостей, в голове всплыл номер телефона адвоката. Оставлять без наказания, просто так, вторжение на частную территорию он не собирался.
— Добрый день, мистер Элунд, — стоило Виктору выйти из машины, как перед ним материализовался высокий гибкий парень в строгом костюме, под которым скрывалась атлетическая фигура. Одного взгляда хватало понять, что Виктор «гибкому» не противник, хотя и смотрится он мощнее и выше. — От лица….
— Не надо, Дональд, я сам могу принести извинения мистеру Элунду.
Из-под навеса, под которым Виктор хранил инвентарь и старую плетёную мебель, показался сухонький старичок, опирающийся на тёмную трость с тяжёлым набалдашником из слоновой кости. Хозяин оторопел. Старичок вяло взмахнул ладонью и Дональд испарился также незаметно, как появился. Виктор несколько мгновений рассматривал гостя, чем-то похожего на русского полководца Суворова. Маленький, сухонький, редкие седые волосы, словно парашюты одуванчика взлетают над головой при малейшем дуновении ветерка, то падая, то поднимаясь над глубокими залысинами. Но удивительно молодые глаза, которые царствовали на испещрённом многочисленными морщинами лице, и в которых читалась несгибаемая воля и могучий ум, не позволяли отнести гостя к божьему одуванчику и старому маразматику. Тут пришло узнавание, Виктор, не сумев совладать с эмоциями, некрасиво открыл рот, но вскоре взял себя в руки. Он бы меньше лупал глазами, заявись к нему в дом президент Соединённых штатов в стрингах цветов национального флага, а не этот старичок, которого он видел однажды и то скользом, но Тельман успел шепнуть, кто только что беседовал с губернатором в полу приватной обстановке:
— Мистер Морган….
— Полноте, мой мальчик, — отмахнулся старичок, — давайте обойдёмся без официоза. Джозефа будет достаточно, тем более это я нарушил границы вашей собственности. Надеюсь, вы примете мои извинения?
— Мистер Морган….
— Джозеф, мой мальчик, Джозеф. Я надеялся, что мы договорились.
— Извинения принимаются, Джозеф, — чопорно ответил Виктор, старичок скупо улыбнулся. — Для меня честь принимать вас в своём доме.
Виктор прилагал все усилия, чтобы не показать насколько он выбит из колеи. Не каждый день к тебе в гости приходят небожители, спустившиеся из недосягаемых эмпиреев на грешную землю. Тем более
