- Да вот у нас одна скамейка есть в Казани, где компашка наша собирается. И я часто думаю: а вдруг там когда-нибудь придется мемориальную доску ставить: "Здесь в такие-то годы собирались такие-то светила"? А сейчас эти светила друг друга в грош не ставят, ссорятся по мелочам, нервы треплют...
- Да ради бога. Гениям закалка не во вред, легкая жизнь их убивает.
- Не в этом суть. Просто не надо искать гениев и героев где-то в потустороннем мире. Надо искать людей среди людей. У меня друг один очень хорошо как-то сказал: "Не надо бояться вглядеться в человека, который заведомо кажется эпизодом в твоей жизни". Это просто, но до этого надо дойти. Ну пошли. На вокзал.
До Харькова доехали без приключений, разбрелись по родственникам и сговорились встретиться завтра днем у "Кристалла" в парке, где всегда стоит хвост за мороженым.
5
Вот и встретились. Харьков не Крым - не сговариваясь, приняли оба приличный вид. Теперь к этому требовался соответствующий интерьер. Двинули по барам. В шоколадном баре Андрей зачем-то на минуту отошел от столика и вдруг почуял на плече тяжелую руку. Обернулся. За спиной стоял колоритный хлюст.
- Телка с тобой?
Драка не состоялась: Панкратов слишком спокойно и без вызова ответил "да" и элегантно перевел внимание на стайку девиц, явно жаждавших интима. Когда вырулили в какой-то тихий скверик, Наташку вдруг осенило:
- А твоя невеста не в харьковскую ли аспирантуру подалась?
- Мать, я тебя просто бояться начинаю. Она здесь. Но как ты?..
- Ты очень напряженно смотришь на прохожих. Боишься ее встретить. Сегодня воскресенье, и все пасутся примерно в этих краях.
- Тут полтора миллиона населения. Вероятность нулевая.
- Да нет, правильно боишься. И Харьков - город маленький, и Союз - страна маленькая. Я это давно поняла.
- Наталья, все равно, поехали из центра. Я здесь долго не выдержу. Нам же еще палатку с вокзала забрать и хозяину забросить. А дальше, я думаю, адресами обменяемся и разъедемся. Нам же теперь с тобой в разные стороны. Поехали...
"Зачем я сказал эту последнюю фразу? Что же это получится: там, в Джанкое, не удрал, а здесь формально я свои обязательства выполнил, до Харькова доставил, и можно - каждому обратно в свою жизнь? А что там у меня осталось, в этой жизни? Наташка же права: от хорошей жизни девушке из электрички замуж не предлагают. А от какой предлагают? Что такого, собственно говоря, у меня стряслось, чтобы на стенку лезть? Люди ж вылетали из института. Женились из-за ребенка, отцом оказывался другой, все прокляв, разводились. Отбывали по распределению в Тьмутаракань. Штурмовали ВГИК и ГИТИС, доходя до нервного срыва так, что потом техникум осилить не могли. Невест из-под венца теряли! Все на моих глазах, но как за бронебойными стеклами: я невредим и ни при чем. Зачем же зазря плакаться? Институт с отличием кончил, под родительским крылышком остался, без денег не сидел, нервы и здоровье не угробил, бессонницу от экзаменов не нажил, от поклонниц отбою не было. Хорош страдалец: ни одного ЧП за сознательную жисть..."
...А все-таки прокручивал в своей памяти до самых мелких деталей день своего распределения в институте. Странно. В этот день, казалось ТОГДА, настроение не испортилось даже. А потом вспоминал его и вспоминал без конца. Странный мартовский день. Трамвай. Метро. Снова стук колес. Ехали молча. И на вокзал, и с вокзала, я без палатки, и с палаткой. Еще немного, и они, Обменявшись адресами, разъедутся в разные концы Союза обычными дорожными знакомыми. Холод. Он как будто шел из того странного мартовского дня.
Странный день в марте начался еще накануне ночью. Пара нервных звонков: малознакомые однокурсники почему-то именно у него спрашивали, когда приходить, в какую аудиторию, даже этаж уточняли. И непременный вопрос:
- Ты спишь?
- Да
- А вот я не сплю. И как ты можешь спать в такую ночь? Завтра же все решается. Вся судьба. ВСЕ!!!
- Ради бога, дай выспаться!
- Ну, конечно же, у тебя-то все уже на мази...
Как будто ради этой последней фразы все и звонили. Кто им сказал, что это он, Панкратов,- баловень судьбы? Да он сам и сказал. Привычка никогда не плакаться была самозащитой, а читалась по-другому: мол, плакаться Панкратову не об чем.
Придя на распределение, Андрей вздрогнул: так они все повзрослели! Перемен в себе вроде больших нет. Новые фамилии скоропостижно замужних режут слух.
- ... -Терапевты, приготовиться! Панкратов Андрей Васильевич, средний бал 5.0 - зайди на минуточку перед всеми! Перерыв!
С ним хотели поговорить наедине.
- Панкратов, будешь распределяться сейчас.
- За что такая честь?
- Ты по баллам первый из терапевтов, и потом тут протокол вести некому. Ничего особенного. Но аспирантуры тебе нет. Не дали места. Панкратов помедлил и назвал район поглуше:
- Давайте Старое Дрожжаное.
- Не горячись Думаешь, что ты сейчас себе подмахнешь зачисление в столичную аспирантуру через три года? Там после района, конечно, возьмут. Так?
- В общем, да.