Девушка с любопытством взглянула на незнакомого курсанта, державшего в руках бокал с простенькой «Ривьерой», и неожиданно вступила в разговор:
– Вот уж не подумала бы, что сейчас господин Гумилев снова в моде. Да еще с таким подтекстом! Военные курсанты вспомнили, что барышень можно увлечь стихами?
– То, что вы знаете Гумилева, уже привлекает к вам внимание, – Никита улыбнулся и слегка повернулся боком, чтобы разглядеть незнакомку. – Я вовсе не хотел намекать на что-то особенное, просто ваше состояние почему-то навеяло на меня такие строки. Вам скучно и грустно. Вот и решил блеснуть красноречием…
– Надеюсь, вы не выступаете в роли паяца? – незнакомка снова обхватила трубочку полными губами. – Я не люблю клоунов.
– Можно на «ты», – Никита усмехнулся. – Мы же не на официальном приеме, и я не подрабатываю развлечением красивых и скучающих девушек. Меня Никитой зовут.
Он представился, даже не ожидая ответа от незнакомой красавицы, чей возраст удалось вычислить за пару секунд. Двадцать лет плюс два-три года. Люфт допустимый. Нужно ли ей заводить даже мимолетное знакомство с юношей, еще не дотягивающим до совершеннолетия? Наверное, не сочтет нужным. Но она понравилась Никите каким-то странным гипнотическим взглядом серо-зеленых глаз, мерцающих в неярком освещении барных плафонов. Они у девушки были очень выразительные. Никаких дурных мыслей. Просто не хотелось сидеть в чуждой ему компании. Лучше здесь. Да и любил Никита знакомиться без навязывания своих желаний.
– Лариса, можно просто Лара, – все-таки представилась девушка. – Кстати, тоже на «ты» давай. Мне этот официоз никогда не нравился. Я еще могу со старшими вести себя подобающим образом, но со сверстниками такое обхождение вызывает тошноту.
– Ты не из Дубков, – догадался Никита, глядя на пальцы, унизанные несколькими кольцами и родовым перстнем. Вот только из какой семьи девушка? Не был еще силен волхв в геральдике столичной аристократии, но даже он мог понять по гербу, что ее род не под вассалитетом, а находится на государственной службе. Хм, кто бы это мог быть? И еще: Лара владела даром, затаившимся в глубине солнечного сплетения изумрудно-голубым шариком с извивающимися щупальцами-молниями. Что за красота?
– Нет, я не из Дубков, – засмеялась девушка, тряхнув головой, отчего кудряшки весело заскакали по плечам. – Проездом со своими приятелями. С дач едем. Отдыхали так долго, что надоело. Домой хочу.
– А приятели где?
– Да где-то здесь крутятся. Танцуют, пиво пьют, с местными общаются, – Лара поморщилась и мягко махнула рукой. – Мне, Никита, за два месяца настолько обрыдло смотреть на скучающих мажориков, что я волевым решением прекратила это безобразие.
– И тебя послушались? – усмехнулся парень.
– Ты не поверишь – никто не возражал, – загадочно хмыкнула девушка. – Труда не составило. Дача моя, прислугу стало жаль, да и порядок навести надо… Что за расспросы, господин курсант? Неужели клюнул на скучающую барышню? Не-не, давай без фокусов.
Лариса все-таки слегка наклюкалась. Этот коктейль был явно продолжением нескольких других. А держалась она неплохо. Язык почти не заплетался.
– Ты, наверное, из той компании? – Лара показала на кабинку, где сидели курсанты. – А я знаю одного из них. Вон тот, красавчик, высокий… Орлов?
– Ага, Михаил. Младший, – подтвердил Никита, лихорадочно соображая, кем является Лариса, если знакома с Орловыми. – У него день рождения.
– Везунчик, – вздохнула девушка и завертела головой. Потом кинула взгляд на тонкое запястье, где висели золотые часики. – Где эти неугомонные кретины? Слушай, Никита! Ты можешь проводить меня до машины? Мне реально надоело стоять здесь второй час и портить свои барабанные перепонки!
