Том постучал по микрофону, делая свой саундчек, и, к счастью, это отвлекло внимание Дэвида от меня. Сегодня Хаксли практически не обращал на меня внимания, когда мы были рядом с родителями, и я знал, что это потому, что он был потрясен тем, что его чуть не поймали прошлой ночью. Я тоже, но Хаксу, похоже, было не до того. Он выгнал меня из своей комнаты, как только Дэвид ушел, его глаза расширились, а лицо стало еще бледнее, чем обычно, и последнее, что он мне прошептал, было то, что я должен залечь на дно. А сегодня утром он даже не заговорил со мной за завтраком, только сообщил о времени концерта, после того как я напрямую спросил его, устав от игнора. Я понял, что наши родители гадают, что случилось, потому что они то и дело бросали на нас обоих обеспокоенные взгляды, а потом без умолку болтали друг с другом.
Мне нужно было поговорить с Хаксли, чтобы убедиться, что мы на одной волне. Мы договорились попробовать, и я надеялся, что произошедшее прошлой ночью, не заставило его передумать. Я не готов отказаться от него. Совсем не готов.
Потерявшись в своих мыслях, я подскочил, когда раздался громкий визг гитары, и группа начала свою первую песню. Толпа одобрительно загудела, шум заполнил небольшой паб, и благодаря тому, что я потратил время на изучение текста, я был одним из многих, кто подпевал вместе с сексуальным, как черт, голосом Хаксли. Моя мама поднялась на ноги, схватила Дэвида за руку и наклонилась, чтобы крикнуть мне на ухо:
— Они великолепны, Коул! Я так рада, что мы пришли.
Я кивнул ей с ухмылкой и посмотрел на Дэвида, чтобы понять, что он думает о выступлении своего сына. Его лицо было в основном бесстрастным, но в уголках губ заиграла небольшая улыбка.
Ему понравилось. Тяжело выдохнув, я прислонился спиной к стене. Я и не подозревал, насколько важно для меня знать, что отец Хаксли ценит то, что он делает с группой, что это не просто упражнение по трате времени, что он чертовски талантлив. От его голоса у меня мурашки бежали по коже, а то, как он играл на гитаре... Я ничего не знал о гитарах, и рок группы никогда не были мне по душе, пока не появился Хакс, но одно я мог сказать точно: смотреть на его игру было чертовски интересно.
Время, казалось, пролетело незаметно, и не успел я оглянуться, как зазвучали первые аккорды песни "Stop Crying Your Heart Out" группы Oasis. Я знал, что группа приготовила на бис более бодрую песню, но эта была последней в их основном сет-листе. Я впервые услышал Хаксли вживую, и с первой же ноты он меня просто заворожил. Я не мог отвести взгляд, мое сердце разбухало и переполнялось такими сильными чувствами, что дыхание перехватывало в горле, и мне приходилось быстро моргать, чтобы никто не заметил внезапно появившейся влаги в моих глазах.
— О, Коул.
Я повернулся и увидел, что мама смотрит на меня с грустной улыбкой на губах. Отвернувшись от нее, я провел рукой по лицу, заставляя себя делать глубокие, ровные вдохи в попытке вернуть хоть какое-то подобие самообладания. Черт. Что она увидела на моем лице?
Я мог бы расцеловать Дэвида за то, что он разрядил напряженную обстановку, когда заговорил под аплодисменты толпы и крики, требующие продолжения. Я так гордился Хаксли, но сейчас я не смел даже взглянуть на него.
— Оазис. Я познакомил Хаксли с их музыкой. Он когда-нибудь говорил тебе об этом? Когда он не хотел успокаиваться, я ставил их альбом, и это действовало как волшебство - он переставал плакать. - Он тихонько засмеялся. — Это возвращает меня назад. Он тогда был такой крошечный. Мой маленький мальчик. - Его взгляд вернулся на сцену, и я увидел что-то в его глазах. Гордость. — Теперь мой маленький мальчик вырос. Он стал мужчиной.
Он сказал это так, словно впервые осознал, что Хаксли - мужчина, а не ребенок, каким он его видел. Меня захлестнула новая волна эмоций, и мне действительно нужно было взять себя в руки, потому что все вот-вот заметят, что со мной что-то происходит.
— Мне нужен воздух, - выдохнул я, отталкиваясь от стены и вливаясь в толпу, направляясь к двери. Позади меня группа начала выступление на бис, и мне было грустно, что я его пропущу, но я никак не мог остаться в пабе с мамой и Дэвидом, чтобы они не узнали мой секрет.
Я был не просто влюблен в своего сводного брата. Я был полностью, на сто процентов, влюблен в этого светловолосого ублюдка.
Блядь.
25

Все еще находясь под кайфом после окончания концерта, я пробился сквозь толпу к отцу и Джун, принимая ответные похлопывания и слова поздравлений. Ощущения были потрясающими, но одобрение одного человека было для меня важнее всего.
— Где Коул?
Отец пожал плечами.
— Он сказал, что ему нужен воздух. Слушай, Хакс, я хочу тебе кое-что сказать.
Серьезность его тона привлекла мое внимание, и у меня забурчало в животе. Таким голосом он всегда говорил, когда разочаровывался во мне. Черт. Он нашел мой тайник с травкой - нет, черт, он узнал, что Коул был в моей комнате прошлой ночью.
— Я горжусь тобой.