Есть ли жизнь после замужества? Алиса Кременецкая могла точно сказать, что "нет", но ее ожидал сюрприз. Содержит нецензурную брань.
ГЛАВА 1
Выступая на своих первых серьезных соревнованиях, я был благодарен отцу. Он действительно много вложил в меня. То, что я сегодня находился в Сочи, в составе юниорской сборной по сноуборду, была его заслуга. Ведь этот вид спорта довольно дорогой. Соревнования совпали с каникулами в школах, поэтому меня приехали поддержать мама с Кирой, моей сестрой. Я обожал сестрёнку. И не только я. Мамина отрада, как ее в шутку иногда называли. Младше меня на три года, а для нашего старшего брата - так вообще кнопка. Пятнадцать лет разницы. Мы мало видимся со старшим. Степка после окончания школы уехал в Москву учиться и остался там. Сейчас карьеру строит.
Я взял бронзу, но счастлив был, точно это олимпийское золото - не меньше. Моя первая награда такого уровня.
В школу я вернулся героем. Знаменитостью. И до этого был достаточно популярным, потому что спортсменов наш директор поддерживает. С нами лояльны в учебе. А теперь вообще звездой класса стал. Девчонки начали еще больше внимания уделять. Появились сложности с девочками состоятельных родителей. Такие слова «нет» не знают. Парни мне, конечно, завидовали, говорили, радоваться должен. Только я не особо понимал чему? Что до меня девчонка снизошла, одарила своим вниманием? Да не фига не устраивало меня такое. Выбешивало сильно. С кем хочу, с тем и общаюсь. Я вообще человек мирный, но пару раз бывало доходил до грани взрыва.
Из школы я выпускался уже с тремя наградами высокого уровня. И был серьезно нацелен на Олимпиаду. Да, амбиции гнали меня вперед: за олимпийским золотом.
В родном городе меня многие знали. Не думал, что когда-нибудь спорт станет препятствием для личной жизни. Он был для меня главным, первоочередным, пока не стал замечать, что девчонки просто из кожи вон лезут, чтобы быть рядом со звездой. Это неслабо подрывало уверенность восемнадцатилетнего парня в себе как в личности. А еще злило, раздражало и, конечно, расстраивало. Поэтому стал избирательным с девушками. Сразу близко не подпускал. Как только замечал задатки синдрома «звездности», мгновенно сливался. Так что стабильной личной жизнью похвастаться не мог. Не то что бы это расстраивало, нет, но глядя на родителей, хотел испытывать такие же чувства. Они поженились в моем возрасте. И сейчас, спустя столько лет, я ловил нежный взгляд отца, направленный на маму.
Меня, к счастью, слава не испортила. Наверное, благодаря родителям. Лишний раз мой статус не подчеркивали и каждому встречному медали под нос не совали. Они гордились мной, но не боготворили.
Чего, конечно, не скажешь о сестре. Та могла на фоне брата-спортсмена и выпендриться. Ей это очень нравилось. Я никак с этим не боролся: она же моя единственная сестренка, хуже от этого никому не будет, а девчонке уверенности прибавляло.
В этот раз она бы тоже со мной поехала. Только родители не отпустили. Кира готовилась к ЕГЭ, который хоть и не скоро должен быть, но сестра собиралась ехать в Москву поступать, поэтому подготовка шла серьезная.
Мне выпал счастливый билет. Возможность подготовиться к Олимпиаде на крутом горнолыжном комплексе (спасибо моей команде, тренеру и агенту). Как они это сделали, я так и не понял, а они сами предпочли оставить это втайне. Сам бы я ни за что не потянул такое, ведь денег на месяц проживания там у нашей семьи точно не было.
Впрочем, я обо всем забыл, как только выбрался на трассу. Мне было в кайф. Увлекся так, что вокруг мало что замечал. В том числе во время одного из подъемов отпихнул какую-то пигалицу с дороги, когда грузился на канатку. Молча она такое терпеть не стала. А жаль, могла бы не портить картину прекрасного солнечного дня. Она начала возмущаться. Претензии, наезды. Ну, обычная такая мажорка. Обидели, блядь, принцессу. Твою мать. Мы же не в музее, черт возьми! Здесь на каждой остановке толпа народа, так что хочешь-не хочешь, но можешь локтем в бочину получить, всем же хочется быстрее добраться до трассы. Не желая связываться с этой, кх-м, девушкой, так сказать, я юркнул в первую подъехавшую кабинку. Ну ее нахер, эту истеричку, вдруг у нее вообще ПМС: она ж мне весь мозг вынесет и назад не вернет.
Поднявшись на максимальную высоту, вышел на трассу. Настраиваюсь и стартую. Теперь снова только я и доска. Адреналин по венам. Выполняю максимум трюков, которые запланировал и на которые дал добро тренер. Возвращаясь «на землю», включаю рацию: надо знать, кто и где сейчас находится. Так, значит, тренер ждет меня у раздевалки. Ладно, спускаюсь. Пора, наверное, и на обед идти, или уже на ужин? А, черт его знает, когда я на доске, вообще времени не ощущаю. Выцарапываю часы из-под рукава. Три часа дня. Ну да, обед я немного пропустил. Спускаюсь, иду к раздевалке. Подойдя к дверям, уже готов сделать шаг в разъехавшиеся створки, как меня едва с ног не сбивают. Устоять, конечно, устоял, но вот доска грохнулась.
