Она молча кивнула.
– И давно?
Она все-таки ухитрилась разомкнуть губы и прошептать:
– Всегда знала.
– И скрывала от меня?
Слова сорвались с языка словно сами собой:
– Поначалу я думала, что он просто переправляет в Англию священников. Кому повредит, если они станут причащать католиков? Но потом ты выяснил, что он собирается освободить Марию Стюарт и убить королеву Елизавету. Он бежал из страны, вернулся только после разгрома армады. Сказал, что все кончено, что больше никаких заговоров не будет. А если я его выдам, он поклялся рассказать властям, что Бартлет и Роджер тоже помогали прятать священников.
– Это ты написала письмо Монтиглу.
Марджери кивнула.
– Я хотела предупредить тебя, не выдавая Ролло.
– Как ты обо всем узнала?
– Бартлет сказал мне, что не поедет на нынешнее заседание парламента. Раньше он никогда так не поступал. Видимо, Ролло ему отсоветовал.
– Столько всего вокруг творилось, а я ничего не знал! Надо же, главного соглядатая королевства одурачила собственная жена!
– Нед, прости меня…
Он смерил ее таким взглядом, будто видел перед собой отъявленнейшего злодея.
– Ролло был в Кингсбридже в тот день, когда погибла Сильви.
Его слова ранили больнее пуль, и Марджери поняла, что терпеть далее выше ее сил. Она смиренно опустилась на колени.
– Тебе хочется убить меня, муж мой. Убей, я готова. Мне незачем больше жить.
– Я так злился, когда вокруг болтали, что меня надо убрать от двора, что я вышел из доверия, когда женился на католичке… Какие остолопы, думал я. А выясняется, что остолоп-то – я сам.
– Нед…
В его взгляде было столько ярости, что сердце Марджери едва не лопнуло.
– Болван! – повторил он и выбежал из дома.
Нед и Сесил встретились с королем Иаковом в первый день ноября. Монарх принял их в Длинной галерее дворца Уайтхолл, что вела от личных покоев к саду. Помимо многочисленных картин, стены галереи украшали бесценные, расшитые золотом и серебром шпалеры, которые так нравились королю.
Нед знал, что Сесил сомневается в надежности письма, полученного Монтиглом, видит в этом письме попытку бросить тень подозрения на верных трону людей. Он остался при своем мнении, даже когда Нед сообщил ему, что граф Бартлет, пэр-католик, не приедет на открытие заседания парламента, поскольку, по-видимому, предупрежден о грядущем нападении.
Сесил полагал, что нужно принять все меры предосторожности, но дату церемонии переносить нельзя. Нед с ним не соглашался.
Ему хотелось не просто предотвратить нападение. Слишком часто в своей жизни он вставал на след изменников, но в итоге те просто разбегались, а со временем снова принимались строить козни и творить зло. На сей раз он желал арестовать всех – и схватить наконец неуловимого Ролло.
Сесил передал королю письмо Монтигла и сказал:
– Никому и в голову не пришло бы утаивать нечто подобное от вашего величества. Но, с другой стороны, не исключено, что этому посланию не следует придавать чрезмерного значения, ибо оно не подкреплено фактами.
Нед не преминул уточнить:
– Фактов и вправду нет, ваше величество, зато в изобилии косвенных подтверждений и доказательств. В Париже я слышал разные слухи…
Иаков пожал плечами.
– Сами говорите, слухи.
– Слухам нельзя верить, но не стоит ими пренебрегать.
– Вот именно. – Король погрузился в чтение, поднеся лист бумаги к лампе – за окнами уже смеркалось.
Пока Иаков читал, мысли Неда обратились к Марджери. Он не виделся с женой с тех самых пор, как услышал ее признание. Ночевал в тавернах, не в силах заставить себя вернуться домой, вновь увидеть Марджери и заговорить с нею. Было слишком больно. Он и сам не мог разобраться, чего в его душе больше – гнева, ненависти или горечи. А потому старательно избегал встреч и стремился занять себя работой.
Король наконец опустил ладонь, в унизанных кольцами пальцах которой держал письмо, и минуту-другую молчал, глядя в никуда. Нед мысленно отметил, что губы его величества плотно сжаты, но глаза навыкате лучатся самодовольством. Наверное, тяжело постоянно обуздывать себя и смирять душевные порывы, когда ты обладаешь всею полнотой власти.
Иаков снова взял письмо и сказал, обращаясь к Сесилу:
– Что вы думаете по этому поводу?
– Можно разместить в Вестминстер-Ярде дополнительную охрану и расставить пушки. Затем закроем ворота и обыщем весь дворец и пристройки, снизу доверху. После этого будем следить за всеми, кто приходит и уходит, вплоть до тех пор, пока церемония благополучно не завершится.
Сам Сесил ратовал именно за такой план, но они с Недом оба знали, что их задача – давать государю советы, а не распоряжения.
Иаков всегда заботился о том, как выглядит в глазах подданных, несмотря на все рассуждения о божественном праве королей на власть.
– Нельзя пугать население из-за повода, который может оказаться пустышкой. Иначе люди сочтут короля слабаком и трусом.
– Безопасность вашего величества – наша первейшая забота. Но сэр Нед хотел бы предложить иной вариант.
Король вопросительно посмотрел на Неда.
