702. Для Столыпина эта награда могла иметь особое промыслительное значение: в должности гродненского губернатора он постоянно с семьей посещал Александро-Невскую церковь, расположенную рядом с губернаторским домом.
703.
704.
705.
706.
707. Там же. С. 480–481.
708. «Встречаю Гучкова – в разговоре он мне сообщает, что Столыпин верит, что все образуется», – записал ответственный за делопроизводство Государственной думы Я.В. Глинка в дневнике 23 марта 1911 г. См.:
709.
710.
711.
712.
713.
714. РГИА. Ф. 1662. Оп. 1. Д. 231. Л. 96–97 об. Рукопись. Подлинник. Автограф.
715.
716. На это как свидетельство неминуемой отставки Столыпина указывает историк И.С. Розенталь. См.:
717.
718. «Многие видели в нем (А.Н. Хвостове. –
719. П.А. Столыпин глазами современников. С. 151. Н.Н. Львов вспоминает, как Столыпин, выслушав его рассказ о безрезультатно закончившейся аудиенции у царя (речь шла о вхождении Львова в правительство), в задумчивости заметил: «Да, трудности велики. Государь – это загадка». И, подумав, прибавил: «Нужно служить России, а служить России значит служить государю. В этом наш долг». См.:
720. Император Николай II, по воспоминаниям А.А. Вырубовой, был воздержанным человеком и рассердить его было нелегко, но если он на кого-то сердился, то надолго переставал его замечать. См.:
721.
722. Цит. по:
723. Фрагменты из записи рассказа П.А. Столыпина об аудиенции у Николая II 5 марта 1911 г. // П.А. Столыпин: Грани таланта политика. С. 492.
724. Фрагмент воспоминаний тамбовского губернатора Н.П. Муратова «Во всем твердый и уверенный» // П.А. Столыпин глазами современников. С. 124.
725. Фрагмент из письма В.Н. Коковцову 30 ноября 1906 г. // РГИА. Ф. 966. Оп. 2. Д. 14. Л. 2–3. Рукопись. Подлинник. Автограф.
726. Фрагмент письма Николаю II от 26 февраля 1911 г. // ГАРФ. Ф. 610. Оп.1. Д. 1352. Л. 10–11 об. Рукопись. Подлинник. Автограф.
727. См.:
728. Фрагмент письма к Николаю II от 26 февраля 1911 г. // ГАРФ. Ф. 610. Оп. 1. Д. 1352. Л. 10–11 об. Рукопись. Подлинник. Автограф.
729.
730. Когда государь узнал, что результатом такой чрезмерной охраны стал запрет еврейской молодежи встречать императора, он выразил недовольство подобными неадекватными действиями местных властей.