— Товарищ генерал, — откашливаясь и облизывая высохшие губы, произнес тот, — если вы мне вновь доверите колонию, даю вам честное слово, больше это не повторится.
В зале раздался дружный смех. Не выдержав, засмеялся и генерал. Лишь начальник политотдела, нахмурив брови, недовольно смотрел на зал.
— Интересно, а что больше не повторится? — пряча улыбку, спросил генерал.
Артамонов, вытирая пот, беспомощно посмотрел на генерала.
— Я жду ответа.
— Товарищ генерал, я больше ни к одной осужденной не буду подходить. Обещаю. Дайте мне испытательный срок.
В зале вновь раздался дружный хохот.
— Поздно, товарищ майор, — подал голос начальник политотдела. — Надо было раньше думать. Вы исключены из партии, а беспартийный не может быть руководителем учреждения.
Он встал, со стола взял лист бумаги, словно прокурор, строго окинул присутствующих взглядом и стал читать приказ начальника УВД. Майор Артамонов, согласно этому приказу, увольнялся из органов МВД. Закончив читку, начальник политотдела сел на место и, наклоняясь к генералу, стал что-то ему говорить. Генерал, молча выслушав его, посмотрел на присутствующих, было видно, что он кого-то ищет. Сазонов почувствовал на себе взгляд генерала.
— Юрий Иванович! — обратился к нему генерал.
— Я, товарищ генерал, — вставая, отозвался тот.
— Начальник политотдела предлагает вашу кандидатуру на должность начальника колонии. Как вы на это смотрите?
В зале все повернулись к Сазонову. Это было настолько неожиданно, что первое время Сазонов не знал, что и ответить. Буквально несколько часов тому назад, когда он с докладом был у генерала, тот намекнул, что хочет его забрать к себе замом.
— Товарищ генерал, я не готов ответить на ваш вопрос.
Начальник политотдела, приподняв голову, строго посмотрел на него и, чеканя каждое слово, резко произнес:
— Товарищ подполковник, вы коммунист, а коммунист всегда должен быть готов ответить "да”, если этого требует партия.
— Товарищ полковник, но сейчас не партийное собрание.
Начальник политотдела некоторое время молча смотрел на него. Было видно, что он не ожидал такого ответа.
— Товарищ подполковник, если я, начальник политотдела, сказал, считайте, что это сказала партия и что это ваш долг. Колония в разваленном состоянии, заключенные во все инстанции пишут жалобу за жалобой. Работая в управлении УВД, вы зарекомендовали себя с положительной стороны. Офицер вы выдержанный, морально устойчивый, а в женской колонии именно такой начальник и нужен. За последние пять лет в этой колонии мы сняли с должности уже троих начальников. Я думаю, с вами этого не случится. Поработайте с годик, мы вас обратно возьмем, да с повышением. Правда, с условием, что за это время вы сами в этом гареме не превратитесь в "султана".
В зале раздался смех.
— Юрий Иванович, вы согласны? — спросил генерал.
— Если это приказ, товарищ генерал, то согласен.
— Вот и отлично, считайте, что это приказ, — за генерала быстро ответил начальник политотдела.
Сазонов, ошеломленный, продолжал стоять.
— Садись, — прошептал Чернов.
Когда он сел, Чернов протянул ему руку и, тихо посмеиваясь, произнес:
— Поздравляю. Не забудь для меня в своем гареме подобрать красивую наложницу. Я к тебе обязательно загляну.
— Отстань, — отмахнулся от него Сазонов.
После совещания многие начальники колоний подходили к нему и, дружески пожимая руку, сочувственно успокаивали. В стороне от него стоял Артамонов и терпеливо ждал, когда он останется один. Сазонов, заметив его, сам подошел.
— Не завидую вам, — простодушно произнес Артамонов. — Не колония, а пороховая бочка. Когда будете принимать?
— Не знаю, — пожав плечами, ответил Сазонов.
— Я поеду к себе готовить документы к сдаче. Когда приедете, обо всем поговорим.
Артамонов, пожав ему руку, направился к выходу. Сазонов, немного постояв, последовал его примеру. У себя в кабинете он не выдержал и дал волю чувствам, понося начальника политотдела на чем свет стоит. Недолго думая, он даже позвонил ему, но разговор не состоялся. Начальник политотдела резко отчитал его за малодушие.
Сазонов направился к генералу. Еще на совещании он понял, что это дело рук начальника политотдела. Генерал был в дружеских отношениях с его отцом, да и к нему относился доброжелательно. С учетом этого он уверенно направился к генералу в надежде, что тот отменит его назначение на новую должность.
Когда Сазонов вошел в кабинет начальника УВД, генерал сочувственно посмотрел на взволнованное лицо подполковника и, показывая на стул, произнес:
— Садись, Юрий Иванович. Я знаю, о чем ты сейчас будешь просить, но ничем уже не могу помочь.
— Товарищ генерал, но это же не ваша инициатива, это прихоть начальника политотдела! Ну какой из меня начальник колонии? Я академию заканчивал не для этой должности. Товарищ генерал, прошу вас…
— Поздно, Юрий Иванович, приказ уже подписан.
Сазонов удивленно посмотрел на генерала.
— Так быстро?
