На сей раз это прозвучало по-детски нелепо. Аня усомнилась в своих подозрениях. Возможно, девочка её просто разыгрывала. Максим не обращал на них внимания. Вскочив, осмотрел боковые проёмы, сунул в них пальцы, попытался что-нибудь нащупать. Наконец догадался потянуть за четвёртую, среднюю полку. В стене что-то скрипнуло – и шкаф выдвинулся наружу.
Максим осмотрел обнажившиеся торцы. Теперь в проёмах виднелся с десяток запылённых шариковых направляющих, вроде тех, что крепят к выдвижным ящикам на кухне. Такие же металлические полозья, только более массивные, Аня разглядела с исподней стороны шкафа.
– Пока ничего, – озадаченно произнёс Максим.
– Может, ещё подёргать за полку? – предложила Аня.
– Есть идея получше.
Максим придвинул стул. Забравшись на него, дотянулся до верхней, прежде скрытой крышки. Обнаружил в ней углубление – сантиметра на четыре, не больше, но при этом вырезанное почти на всю площадь доски.
– Тайник! – Максим не мог заглянуть в него и обшаривал дно наугад.
Аня уловила шуршание. Там что-то было.
Чуть позже Максим принёс из хозяйственной комнаты лестницу. Забрался на неё, просветил тайник фонарём и убедился в скудности своего улова. Одна-единственная брошюрка, точнее даже проспект. И больше ничего. Ни надписей, ни дополнительных рычажков, ни лазерных дисков, ни кассет, ни новых тетрадей. Только проспект.
Максим устало сел на пол. К нему подсели и Аня с Киран. Девочка, правда, тут же поднялась – перетащила из угла подушки, легла на них животом и, подперев подбородок кулаками, стала прислушиваться к непонятной ей русской речи. Котёнок к этому времени куда-то запропастился.
– Что там? – Аня придвинулась к Максиму.
– Реклама. Может, отец вообще случайно её оставил. Держал что-то важное, а перед отъездом забрал. Слишком большой тайник для такой бумажки.
– Я уже сомневаюсь, что Сергей Владимирович вообще мог что-то сделать
Обычный лист формата А4, распечатанный на цветном принтере и сложенный книжкой. На первой страничке красовалось изображение сидячего Будды, дальше шёл текст с небольшими вкраплениями совсем уж крохотных картинок.
– Ты знаешь, что это? – Аня посмотрела на Киран.
– Майтрéя.
– Всё верно, – кивнул Максим. – Тут написано, что это тридцатидвухметровая статуя Будды Майтреи. Бодхисаттва грядущих дней. Будда, который появится среди людей в конце времён. Он обретёт просветление в кратчайший срок, потому что будет готовиться к нему все предыдущие жизни.
– Постой, так это статуя Будды… из будущего?
– Получается, так. Предвестник благословенной эпохи, что бы это ни значило.
– Там был папа, – невпопад сказала Киран.
– Ты говоришь про Суреша? – удивилась Аня.
– У Киран один папа, – девочка посмотрела на неё с недоумением.
– Тебе мама так сказала?
– Киран сама знает.
– А что он там делал?
– Помогал.
Аня вспомнила слова Рашмани о том, что Шустов-старший участвовал в восстановлении какого-то из здешних монастырей. Рассказала об этом Максиму.
– Значит, мы на верном пути, – ободрившись, кивнул он. – Тут написано, что статуя стоит на холме под одним из старейших монастырей в Нубрской долине – Дискит. Так… Монастырь относится к школе Гелугпа. Основан в четырнадцатом веке. Противостояние с древним Ладакхом. Это понятно, фортификация… Ничего интересного. Смотрим дальше.
Максим перешёл на последнюю страничку. Судя по голосу, отчаялся найти хоть какую-то зацепку.
– Статуя Будды была возведена в две тысячи шестом году. В две тысячи десятом освящена Его Святейшеством Далай-ламой.
– Незадолго до приезда твоего папы, – заметила Аня.
– На строительство и дальнейшее обслуживание статуи использовались деньги и золото благотворителей. Будда смотрит в сторону Пакистана и призван… это понятно. Смотровая площадка, прекрасный вид…
Максим замолчал. Ане было неудобно следить за мелким текстом, и теперь, почувствовав волнение Максима, ей пришлось чуть ли не навалиться на него, чтобы разглядеть следующие строки.
– Будда восседает на трёхэтажном святилище, – прочитала она вслух, – в котором выставлены священные тексты, старинные изображения будд, церемониальные маски и фигурки. А непосредственно под его стопами расположены витрины с артефактами и семейными реликвиями, выставленными в память о благотворителях прошлых и настоящих.
– Под его стопами…
–
– Вообще странно. Буддизм призывает не искать прибежище в мирских божествах. Будда не бог. Он человек. Хотя индусы считают Будду одним из земных воплощений бога Вишну, а на пике Адама стопу Будды, по сути, приравняли к стопе бога Шивы. Да и тут, – Максим указал на брошюру, – его статуя вполне напоминает статуи Шивы или Ганеши.
– Значит, поблизости не оказалось ничего более подходящего.
– Скорее всего. Да и не зря же отец оставил в тайнике именно этот проспект. И ты сама сказала, что он был одним из
– Что теперь?
