– Молчание – знак согласия. Хочешь себе инвалидика? Бейте
Он дал приказ, рабы повинуются. Пелена спадает после первого истошного крика Руси. Я возвращаюсь в реальность. Вокруг меня люди и они убьют его, если я тронусь с места. Я стою одна в этом кругу. Стоп. Я не одна. За моей спиной Паша. Я поворачиваюсь, смотрю, как он вцепился мне в платье и жмется от страха. Как бы я хотела быть на его месте, но я не там. Приходит резкое осознание. Я чувствую, что теряю себя, я не владею собой. Вспоминаю про нож в куртке, который с 14 лет кладу в правый карман для случая самообороны.
Треугольник. Паша, Руся, Я. Передо мной встает решающий выбор, который я, казалось бы, в обычных обстоятельствах ни за что не сделала бы. Истошные крики Руси нагнетают меня, огромные глаза моего ребенка видят во мне ангела. Но я принимаю свое решение.
А что мне остается? Я не готова возвращаться к старой жизни. К этому шлаку грязной пошлости, где господствует лишь порошковая дрянь. Опыт с “уходом из жизни” у меня уже был. Паша вырос человеком и без меня. Странно, когда ты вкладываешь в другого жизнь, а он потом растет без тебя. Но это реальность. Без меня он сможет. Так что встает другой выбор. Счастливая или больная я.
Я достаю нож и резким движением приставляю его к горлу ребенка.
– Стоп! – кричит мое прошлое. – Остановиться! Ты что творишь, дура. Ты не понимаешь, что делаешь
Это была не моя я. Другая я. Я из прошлого. Жестокая, бедственно-нравственная. Та, которую Руся пытался укоренить. Та, от которой все пытались избавиться. Эгоистичная и недостойная.
Подставляю нож к горлу самому чистому человеку, тому, кого я воспитала, кого таскала на руках, с кем сидела.
Я знала, что Паша – это единственная память обо мне для “ОНО”. Сколько бы он ни говорил о своем безразличии, он не допустит боли в сторону родного человека.
Этим мы с ним похожи.
В тот момент я не чувствовала себя виноватой. У меня было одно желание-спасти и спастись.
– Я прекрасно понимаю, что делаю! Разойдемся на равных! Я отдам тебе Пашу, ты отпустишь нас. Иначе оба лишимся самого дорогого.
Я четко понимала, какой выбор я принимаю. Крики Пашеньки “Мама не надо”. Вот, что я никогда не забуду.
– Ты никогда этого не сделаешь! Он и твой сын тоже! Ты его вырастила
Эти слова для меня по стеклу-молотком
– Я приложила старания точно так же, как и заберу их сейчас. Ты кидаешь мне вызов.
Я сдавливаю горло Паше и режу свою руку так, как будто режу ему горло. Малыш не понимает, что я делаю, но из-за страха кричит так, что любой сухарь заплакал бы. Но в тот момент я была хуже самого безжалостного.
Я помню, как меня недолюбили. Я помню, как от меня уходили. Я помню, каждое “я люблю тебя” и эту, жалкую, улыбку и шаблонную фразу “прости, не держи зла”, когда поворачивались ко мне спиной.
Я больше не допускала к себе такого. Я готова бороться за себя.
Руся лежит на асфальте. Я в крови. Все это казалось мне страшным сном, но где я не боялась.
– Ты сумасшедшая! Нет! Отпустите его!
Я не верю своим глазам. Опять выпадаю из реальности. Я лишилась прошлого. Без прошлого нет будущего. Но нужна ли мне такая основа для будущего? Не время размышлять об этом. Я с ребенком подхожу к Русе, убираю нож от его горла. Он бежит к “папе”. Я понимаю, что это была наша последняя встреча. Я для него враг. До сих пор не могу поверить, что я сделала это. Он забудет меня, как предавшую его женщину и может, в будущем, захочет отомстить. Я буду ждать.
Улица. Толпа. Осужденные взгляды.
И я, такая маленькая, в белом. Будто уже готовая идти под венец. Все-таки это было началом новой жизни. Люди начинают расходится. Ни одна сука не подойдет с помощью. Псевдобандиты живут по законам “ОНО”. А я теперь враг.
Руся встает. Я понимаю, что мы стоим над пропастью “вечного” и “прощай”. Мы молча смотрим друг на друга. Не хочу молить прощения, но делаю это глазами. Я опять выпадаю из реальности и не понимаю правильный ли выбор я сделала? Это моя вина, что все так получилось? Я чуть не убила свое будущее? На этот раз мной овладевает не страх. Теперь, это другое чувство, еще незнакомое мне. Наверное, еще нет такого слова, чтобы назвать его. Но это явление, похоже на смесь огненной любви с чистотой. Я собственноручно отстояла свое счастье. Я больше не боюсь тех, кто полезет в мою жизнь. Я знаю, что я способна на многое. Не ради кого-то, а ради самой себя. Ради своего благополучия, я заслужила любовь. Я сломаю за нее без капельки сожаления, я это проверила. Пока вся эта исповедь происходила в моей голове. Руся молча стоял. Его губы пошевелились и выдали тихое, почти бесчувственное “Почему ты мне не сказала о сообщении”.
