Кристина протянула руку, вдавила кнопку. Никаких вызовов, никаких сообщений не было. Просто индикатор батареи показывал, что аккумулятор почти полностью разрядился.
– Вот же черт! – Она вспомнила, что забыла вчера поставить телефон на подзарядку, но зарядное устройство осталось дома, и пришлось возвращаться домой.
У двери своей квартиры Кристина немного замешкалась – вдруг Георгий еще дома? Видеть мужа ей особо не хотелось.
«Какого черта я заморачиваюсь, – разозлилась она. – Это и мой дом. Я могу войти в него в любое время».
Оказалось, что мужа дома не было. Даже не раздеваясь, в расстегнутой шубке, в сапожках, с сумкой на плече, Кристина прошла в гостиную. Зарядник, как она и помнила, лежал на тумбочке, и она положила его в сумку.
Неожиданно из прихожей послышался звук открываемой двери. Женщине не хотелось встречаться с Георгием, она инстинктивно попятилась, зашла в другую комнату и затаилась, надеясь, что муж разденется, пройдет к себе в кабинет, и тогда можно будет незаметно покинуть квартиру.
Бакланов пришел не один.
– Проходите, – говорил он кому-то. – И не вздумайте обувь снимать. Я на этом настаиваю.
– Времени у меня немного, но я все посмотрю. Дом, район меня устраивают, да и цена приемлемая, – отвечал густым басом гость, скорее всего, один из деловых партнеров мужа.
– Походите, – повторил Бакланов, – осмотритесь.
Георгий и его гость прошли в гостиную. Теперь сквозь щелочку приоткрытой двери Кристина могла рассмотреть визитера. Это был грузный холеный мужчина. Одет дорого и со вкусом, не меньше, чем на штуки четыре баксов, уж Кристина в этом неплохо разбиралась.
– Гостиная – самая большая комната, – почему-то стал рассказывать о квартире Бакланов. – Сорок пять квадратных метров. Здесь, – он постучал костяшками пальцев по стене, – перегородка. При желании комнаты можно объединить. Дом каркасный, планировка свободная.
Гость поцокал языком, тоже постучал по перегородке.
– Звукоизоляция внутри квартиры хорошая?
– Идеальная, – ответил Георгий. – Обратите внимание на паркет. Это не тонкая фанеровка, а массив. Теперь таких уже не делают.
– За хорошие деньги все делают, – рассмеялся гость.
«Какого черта Георгий ему про паркет рассказывает, про звукоизоляцию?» – недоумевала Кристина.
– А здесь у вас что? – спросил визитер, указывая на дверь, за которой она пряталась.
– У нас здесь спальня. Двадцать квадратных метров. Окно выходит на север, так что утром солнце спать не мешает.
– Это неплохо. Можно глянуть?
– Пожалуйста, ваше право. – Бакланов шагнул к двери. – Только я с утра постель не застелил.
– Это тоже ваше право. Насчет северной стороны вы хорошо учли. Я тоже люблю попозже подниматься. Сова, понимаете ли.
Кристина почувствовала, как начинают дрожать руки. Сейчас откроется дверь, и в спальню зайдет муж со странно любопытствующим гостем и увидят ее. Еще не придумав, что станет делать дальше, как будет выходить из двусмысленного положения, в котором оказалась, она прижалась спиной к стене. Открывшаяся дверь слегка прикрыла ее.
Гость сделал лишь один шаг внутрь комнаты. Его остановил большой, чуть ли не на всю спальню, ковер с высоким, как подстриженная трава на газоне, ворсом. Не хотелось ступать на него в ботинках.
– Красивый вид из окна, – сказал он, делая шаг назад.
– Когда я выбирал эту квартиру, мне риелтор сказал, что только за один вид я должен доплатить двадцать тысяч, – со смешком произнес Георгий.
– Намекаете? – усмехнулся в ответ гость.
– Просто информирую.
Кристина продолжала стоять, вжавшись спиной в стену, руки у нее мелко подрагивали. И не столько из-за того, что ее могли обнаружить, сколько из-за странного разговора, сути которого она не могла понять. Почему мужчины так подробно обсуждают квартиру?
– Там у меня кабинет, – продолжал экскурсию Бакланов и повел гостя дальше.
Кристина только успела вздохнуть с облегчением, как следующая фраза заставила ее сжаться.
– Давайте откровенно, – предложил гость хозяину. – Почему вы хотите продать квартиру?
«Продать? – забилось эхом в голове у Кристины. – Почему продать? Зачем? Он что, продает нашу квартиру, ничего мне об этом не сказав, не посоветовавшись?»
Она едва подавила в себе желание прямо сейчас выскочить из своего укрытия и бросить в лицо мужу этот вопрос. Ее сдержало лишь то, что, подслушивая, она могла узнать больше.
– Хороший вопрос, – вздохнул Бакланов. – Вас что-то смущает?
– Вы должны понять мои сомнения. Насколько я знаю, дела у вас идут хорошо.
– Я с этим не спорю.
– Вам не нужны критически деньги.
– Нет, критически они мне не нужны.
– И все же вы продаете квартиру.
– Да, продаю. А вы раздумали ее покупать?
– Меня устраивает все. Даже ваши условия, что деньги я переведу на ваш счет сейчас, а квартиру вы освободите только через месяц. Но меня заставляет задуматься другое. Причина.
– Привидения здесь не водятся. Соседей-алкашей не может быть по определению, – рассмеялся Бакланов. – Я бы сказал, что это семейные причины. Более подробно мне не хотелось бы распространяться. Хотите кофе?
– Не откажусь.
