Пройдя через охрану, парень не разочаровался в ожиданиях. Внутри клуба была действительно потрясающая атмосфера: играла мелодичная песня «In the heart of the night», под которую многие зажигательно танцевали; за круглыми столиками и за барной стойкой оживленно общались гости клуба, временами чокаясь бокалами и кружками с различными алкогольными напитками в знак наступившего нового, 2012 года.
Саша сел за барную стойку и заказал у полуголой девушки-барменши бокал шампанского. Несмотря на огромный выбор алкоголя, стоявшего в бутылках на стойках перед его глазами, увы, позволить он себе мог только что-то недорогое.
Как только ему поставили бокал, он сделал глоток «игристого» и еще раз осмотрелся: вокруг было много как молодых людей с модельными стрижками, в красивой одежде, так и девушек с прекрасными прическами, ярко накрашенных, в вызывающих платьях. Было видно, что каждый из них хотел выделиться среди других своим внешним видом. Саша задумался: «Интересно… А Давид Юм уделял столько внимания внешности, чтобы его потом запомнили на века за его научные труды?..» – Он усмехнулся, сделав еще один глоток сладкого шампанского.
Вдруг музыка затихла, и ведущий, который появился откудато из толпы, объявил, чтобы все сидящие за стойкой отодвинулись от края в связи с выступлением стриптизерши. Саша отодвинулся и перевел взгляд на противоположный конец барной стойки, около которой уже стоял охранник и девушка с длинными темно-русыми волосами, готовая начать свой танец. Нижняя часть ее лица была прикрыта платком, а тело скрывала синяя шелковая ткань, позволяющая видеть только обнаженные тонкие руки.
Охранник помог танцовщице подняться на длинный стол, к которому подошли почти все присутствующие в заведении. Заиграл ремикс на песню «Rame», и девушка начала пластичные движения своим изящным телом. Ступая в танце по барной стойке, она временами склонялась к мужчинам, и у тех в глазах кроме интереса появлялось плотское желание. Дойдя до середины барной стойки, девушка присела на корточки, наклонив голову и обхватив свое тело руками, а потом, резко запрокинув назад свои длинные густые волосы, поднялась и скинула шелковую ткань с тела. Позади нее вдоль стойки зажегся огонь, послышались восторженные голоса зрителей. Завороженные взгляды начали рассматривать это идеальное тело, прикрытое только нижним бельем леопардовой расцветки. А она, не обращая на это внимания, продолжила в танце свое движение по барной стойке, словно кошка, пластично извиваясь в такт музыки.
Пройдя две трети пути, стриптизерша, изгибаясь, опустилась на колени и, опять наклонившись, сняла лифчик, а затем, оставив его на стойке, в медленном движении поднялась, показав свою роскошную грудь.
Следя за приближавшейся танцовщицей, Саша, в тот момент, когда девушка поворачивалась к зрителям, обратил внимание на ее татуировку на левой лопатке. Ему она была очень знакома, у кого-то он ее видел… В его памяти возникли картинки летней практики… Тех, кто на ней был… Чья летняя одежда тогда не скрыла черную надпись на левой лопатке… Миланы!
Чем ближе она к нему подходила, тем больше он узнавал ее: волосы, тело, татуировка на латинском языке, холодный взгляд.
Как только девушка с платком на лице оказалась в паре метров от него, их взгляды встретились. Ее янтарные глаза, в миг наполнившиеся легким испугом, отвернулись на публику, которая следила за каждым ее движением. Но, несмотря на нежелательную встречу, девушка без остановки продолжала танец, подходивший к концу.
Позади танцовщицы на барной стойке зажегся огонь, послышались очередные восторженные хлопки. Девушка, так и не сняв вуаль с лица, присела на корточки, обхватив себя руками в такт с завершением музыки. Ведущий в микрофон поблагодарил девушку за выступление, и в этот момент со всех сторон послышались аплодисменты людей, восхваляющих артистку.
Охранник помог девушке спуститься со стойки и подал ей синий плед, который она накинула поверх обнаженного тела. Огонь на стойке погас. И Саша, проследив, как Милану куда-то провожает секьюрити, вернулся к столу, поставив на него полупустой бокал с шампанским.
Все гости ночного заведения разошлись по своим местам. Заиграла зажигательная песня Lisy – «I am a bich», но Сашу она не вывела из нахлынувших на него размышлений. Он знал, что Милана работает официанткой, но никак не мог предполагать, что эта чертовка еще и стриптизом увлекается! «Черт знает что… И мне было бы все равно, если… Может, они уже расстались… А если нет, то даже для Артема это будет точно нокаут… Ее испорченность не знает границ… Как и ее наглость». Он залпом допил остатки шампанского, вспоминая, что она еще сегодня успела испортить ему праздник с Алиной. «Она слишком много на себя берет», – заключил про себя Саша, поставив пустой фужер на барную стойку. Он приподнялся на стуле, собираясь уйти, как почувствовал чью-то руку на своем плече. Обернувшись, Саша увидел перед собой Милану: без платка на лице, в черной майке и лосинах, на высоких каблуках.
– В этой одежде тебя не узнать, – сказал он, сев обратно.
