Через некоторое время, когда они уже доедали блинчики, позади них послышался просящий голос:
– Извините, если вы не доедите, оставите мне?
Саша оторвал глаза от телефона, а Алина, обернувшись, увидела перед собой мальчика в грязной одежде, на вид лет шестнадцати. Он был невысокого роста, худой, с грязными и запутавшимися волосами, с белым больным лицом. Алина не сразу поняла суть обращения этого бедняги, так как у него были явные проблемы с произношением, вызванным, скорее всего, неправильным прикусом.
– Да, конечно, оставим, – ответила она, осматривая нежданного гостя.
– Спасибо, – сказал мальчик, а потом, пройдя под пристальным вниманием Алины вперед, сел за следующий от них стол.
Алина заметила, что Саша пытался не обращать внимания на попрошайку. Она перестала есть и наблюдала, как бедняга старательно пересчитывал своими грязными руками мелочь.
Девочку заинтересовал юный попрошайка, появившийся в такое раннее время в этом приличном месте.
Кассирша, приметив оборванца, прокричала ему:
– Ты опять пристаешь к людям?! Я сейчас охранника позову, он тебя выгонит!
Мальчик вздрогнул, услышав грозные слова от кассирши, повернулся к ней и голосом, полным тревоги, ответил:
– Я скоро уйду.
Алина, прослушав короткий диалог, отодвинула свою тарелку и обратилась к кассирше:
– Пускай сидит, он нам не мешает.
Потом она положила свою ладонь на руку Саши и посмотрела ему в глаза. Он понял, что она хочет и, отодвинув свою тарелку, закончил трапезу, не доев последний блинчик.
– Мальчик, садись рядом с нами, – обратилась Алина к попрошайке и отодвинула стул, находившийся рядом с ней.
Бедняга, услышав милый голос, улыбнулся некрасивой у лыбкой: большинство зубов были неровные и гнилые. Спрятав мелочь в карман, он встал и подошел к их столу.
– Мне можно здесь сесть? – неловко спросил попрошайка.
– Да, конечно, – ответила Алина и придвинула ему две тарелки с недоеденными блинчиками.
– Вы очень добры, – он сел за стол и взял тарелки с едой. – Я со вчерашнего дня ничего не ел, – сказал мальчик и начал быстро и жадно есть, словно эти остатки пищи через минуту должен был кто-то отобрать.
– Почему ты не дома в такое раннее утро? – рассматривая порванную одежду бедняги, спросила Алина.
– У меня нет дома, – ответил он, быстро пережевывая пищу. – Я недавно приехал с пригорода на электричке.
– Боже мой, а зачем ты приехал сюда? Как тебя отпустили родители?
– Мне скоро семнадцать, и я уже могу работать, – гордо ответил он, почесывая одной рукой свои слипшиеся волосы. – А из родителей только мать.
– А твоя мама, как она тебя отпустила? – спросила Алина и посмотрела на его рваную одежду, не понимая, как в ней можно ходить по улице в такой мороз.
– Она недавно забрала меня из интерната… Но они не знают, что она пьет каждый день… Бывает, бьет меня, потому что денег не хватает на двоих… Вот я и решил приехать сюда на электричке со своего поселка, чтобы заработать.
Саша, допив чай из чашки, взял Алину за руку:
– Алина, пошли.
– Любимый, подожди. – Она опять перевела внимание на бродягу. – А где ты работаешь?
– Где придется… Или грузчиком, или промоутером… Берусь за любую работу. Нужно накопить денег и помочь моей матери… А потом хочу пойти лечиться.
– Лечиться?
– Да, в школе у меня врачи нашли болезнь в груди… Но сначала хочу помочь матери, а потом лечиться… Пускай лучше мне будет плохо, чем ей, – дожевывая остатки блинчика, твердым голосом сказал мальчик.
То, что он был болен, было видно невооруженным глазом: худоба, фарфорового цвета лицо, гнилые зубы – словно ходячий мертвец.
– Ты сказал про школу… – не спуская глаз с бедняги, продолжила Алина. – Ты же еще не закончил ее?
– Нет, выгнали, много пропустил из-за работы… – Он небрежно обтер жирные руки белыми салфетками со стола и добавил: – Да и мне не нравилось там учиться, все время обзывали бомжом.
– Знаешь, я работала в общественном фонде «Сирота», – Алина почувствовала, что ей трудно говорить из-за подступившего к горлу кома, – там помогают детям-сиротам, думаю, что…
– Нет, – перебил ее бродяга, – спасибо вам большое, но я должен работать… Буду работать, быстрее накоплю денег для матери… – Он встал, собираясь уйти. – Она ведь не работает и ждет меня.
– Погоди, – Алина быстро взяла свою сумочку, нашла в ней кошелек, вынула из него несколько купюр и протянула их мальчику. – Вот, возьми, – она просила своим взглядом взять эти деньги, – не трать их зря… Ты молодец и… удачи тебе…
– Спасибо большое, – беря деньги, сказал мальчишка и улыбнулся, обнажив свои кривые зубы, – я и так экономлю, не курю и не пью… Стараюсь найти постоянную работу, – он посмотрел на деньги. – Мне их хватит на пару дней на еду… Еще раз спасибо вам.
– Да, удачи тебе, – добавил Саша.
Бродяга спрятал деньги глубоко внутрь своей куртки, вытащил из кармана заношенную грязную шапку, небрежно натянул ее на голову и быстро ушел из заведения под пристальным вниманием Алины.
Как только бездомный ушел, взгляд девочки остановился на невидимой точке на столе. Саша, заметив ее состояние, спросил:
– Все нормально?
