– Не знаю, – ответила я. – Где-то там ходит. Коул, скажи, ты все еще злишься на меня?
– Что? – растерялся он. – Нет. Но в данный момент я очень за тебя беспокоюсь. Ты где?
– В стенном шкафу. Вместе с мамой. Выпиваем помаленьку.
Коул как-то странно притих.
– Хм… Что ты сказала?
– А что, и вправду смешно? – расхохоталась я.
– Эмма, где Сара?
– Разве ты не хочешь со мной поговорить? – искренне удивилась я. – И зачем тебе Сара?
– Похоже, у меня сейчас крыша поедет. Ведь я в Калифорнии и понятия не имею, что с тобой происходит. И тот факт, что ты заперлась в шкафу, чтобы наклюкаться, меня не слишком радует.
– Боже мой! Неужели дверь заперта?! – Я дотянулась до ручки и легко повернула ее. – Нет, не заперта, – радостно сообщила я.
– Эмма, – вздохнул Коул. – Я могу приехать прямо завтра.
– Нет! – заорала я и добавила: – Не хочу, чтобы ты был здесь. Ты здесь чужой. Я здесь чужая. Я застряла. Я застряла во вчерашнем дне, а ты – день завтрашний. Завтра, потом еще одно завтра – и мы встретимся. Идет?
– Ты говоришь загадками. Я абсолютно ничего не понял.
Я сидела, прислонив голову к стене и приложив телефон к уху, между коленями была зажата практически пустая бутылка.
– Коул.
– Да, Эмма? – (Я закрыла глаза и уже не смогла их открыть.) – Эмма? – (Я слышала голос Коула, но сам он затерялся в окружавшем меня тумане.) – Эмма?
– Эмма! – Сара вошла в офис и чертыхнулась, увидев тонкую полоску света из-под дверцы шкафа. – Вот дерьмо!
Я проследовал за ней, включил свет. И когда подумал о том, что ждет нас за дверцей шкафа, мне неожиданно стало не по себе.
Сара открыла шкаф и сокрушенно покачала головой:
– Нет, ты, наверное, надо мной издеваешься!
Я подошел к ней и не поверил своим глазам. Эмма с телефоном в руке сидела, прислонившись к стене, рядом валялась бутылка водки, остатки которой лужицей растеклись по полу.
– Она что, пьяна?! – Я был просто в шоке.
– Я же говорила тебе, что она другая. – Сара наклонилась над Эммой, заправила ей выбившиеся волосы за ухо, вынула из руки сотовый телефон и прислушалась.
Мне оставалось только смотреть. Что уж там говорить, мне было очень и очень нелегко принять представшую перед моими глазами картину. Я нахмурился, чувствуя, как в душе закипает злость.
– Алло? – Сара вытаращила глаза, услышав голос собеседника Эммы. – Коул? Привет. Ага, я нашла ее… Она… отрубилась. Но сейчас я собираюсь отвезти ее обратно в мотель, а утром попрошу ее тебе перезвонить. – Она выключила телефон и засунула его в синюю полосатую сумку на полу.
– Вот дерьмо! – оглядев безжизненное тело на полу, выругалась Сара. – Интересно, как, черт возьми, я смогу вытащить ее отсюда и потом пронести незаметно от мамы?!
– Кажется, ты сказала, что вы остановились в мотеле, да? – спросил я. – А почему не у тебя дома?
– Потому что Эмма не хочет иметь ничего общего с Уэслином. – (В словах Сары была своя логика, но я почувствовал, будто мне дали под дых.) – Ей здесь очень нелегко находиться. Что есть, то есть. – Сара неопределенно помахала рукой.
– Она не останется в мотеле, особенно возле шоссе, если это то, о чем я думаю.
Сара бросила на меня усталый взгляд:
