Страх полностью

Солнце, мягкий пылающий диск, осторожно всплывало над вершинами елей, опуская свои багряные лучи на долину. Катрин обернулась одеялом и вышла на террасу, предварительно заварив себе чашку горячего шоколада. Изо рта шел пар, над рекой стояла едва заметная дымка, прохлада и легкий ветерок довершали картину обычного утра в Юконе. В такие моменты важно забыть о том, кто ты есть на самом деле, важно почувствовать, что ты часть чего-то большего, необъяснимого и, порой даже пугающего, бесконечно далекого от реальности мира… Глоток шоколада приводит Катрин в чувство, она все еще здесь, в маленьком, наполовину развалившемся кресле, на террасе домишки, доставшегося ей вместе с должностью. «Ох, как же здесь красиво!» – подумала Катрин про себя и, допив свой любимый напиток, зашла внутрь. Все изобилие мебели этого домика составляли старый расшатанный стол, пара стульев, сколоченная кем-то очень давно тумба, огромный дубовый шкаф с двумя дверцами и тремя выдвижными ящиками и, в самом углу комнаты, кровать, на которую Катрин нехотя вернула одеяло и начала собираться. Сегодня в ее планах было дойти до северо-западного пункта и проверить, не наведывались ли туда медведи. Катрин была рейнджером и в этот период работала в долине практически одна. Она открыла шкаф, достала оттуда все свое снаряжение, проверила, заряжена ли винтовка и, перекинув ремень через плечо, отправилась в путь, еще не догадываясь, куда ее приведет эта извилистая тропа…

Утра в Юконе тихие, такие тихие, что любой шорох кустов от внезапно подувшего ветра, любая каменушка1, резко или, быть может, даже очень плавно взмахнув своими массивными крыльями, выпрямив шею, отрывая тело от водной глади и пуская по ней легкую волну, которая не скоро еще докатится до берега и раздаст легкий всплеск, услышится за километр. Катрин шла молча, неся на спине винтовку, готовая в любой момент ее вздернуть и выстрелом пробудить весь лес и всю долину. Волки и медведи здесь обитают в таком количестве, что ежегодно сюда приглашают охотников, чтобы те немного сократили их численность. Вряд ли винтовка помогла бы Катрин при встрече с голодным гризли, но спугнуть или даже подстрелить волка ей уже удавалось, причем не раз. В конце концов, человек есть человек, страх есть страх, несмотря на то, кем ты являешься. Страх перед природой естественен, страх перед тем, кто больше и сильнее тебя, он есть у всех, победить его практически невозможно. Возможно только подавить опытом, разумом, винтовкой у себя за спиной… Но что происходит с человеком, когда он все это теряет? Когда система дает сбой и страх одерживает победу? Безумие… ты поглощен, тебе могут помочь те, кто еще не обезумел… но когда ты один в лесу на ближайшие сорок километров, держишься за ствол винтовки и яростно ищешь что-то глазами… страх поглощает тебя, он нарастает с каждой секундой молчания и с каждым звуком, донесшимся издалека, страх ест тебя медленно, куда же ему торопиться, он прекрасно знает, что закончит свое дело… Это ли не безумие?