Основано на реальных событиях. В жизни каждого человека есть тайна. А когда это скелет в шкафу, вытащив который, можно разрушить то зыбкое, что еще осталось в семейных отношениях, невольно задумаешься, стоит ли это делать? Говорят, что учатся через дела, а исцеляются через чувства. Пришло время моего исцеления. И выздоровления. Пора идти дальше, поменяв мешок с темным прошлым на чемодан со светлым будущим!
Хорошо или плохо быть дурой? Это как посмотреть. Если ты сознательно ее изображаешь и получаешь от этого удовольствие и бонусы – тебе все сходит с рук – «она же дура» – то это одно. Но если ты сама себя начинаешь так чувствовать, да еще и боишься себе в этом признаться, загоняя в угол все больше и больше – совсем другое. А вы когда-нибудь задавались таким вопросом? Для меня впервые так остро он встал десять лет назад…
Сегодня 13 февраля, отчего это число стучит в висках и, пробиваясь сквозь стену памяти, пытается что-то донести? Да… Ровно 10 лет назад в этот день моя жизнь круто изменилась. Мир перевернулся с ног на голову. Тогда было раскрыто преступление. То самое, что произошло пятью месяцами ранее – 21 сентября. Не простые штуки порой творит с нами подсознание. Именно сегодня я решилась об этом написать, хотя считала, что все забыто, отпустило. Теперь понимаю, что «никто не забыт и ничто не забыто», а я лишь заставляла себя так думать и считать.
То, во что вылилось раскрытие нападения не принято выставлять на всеобщее обозрение, мы привыкли, «что нельзя выносить сор из избы». А если событие случилось внутри семьи, и зацепило многих из родственников, то тем более. Следует это тщательно скрывать и сделать тайной. Казалось бы, мне, тогда еще только начинающей работать с зависимыми – алкоголиками и наркоманами, можно было бы узреть эту модель поведения. Но лишь через годы я поняла, что зависима от ситуации в семье, и ко всему прочему, созависима от последствий, которые распространились далеко за ее пределы. Мне было стыдно. Стыдно говорить, стыдно думать, а уж написать – еще хуже. Я и сейчас пишу об этом под псевдонимом, считая, что победила стыд и страх. Парадокс.
21 сентября. Говорят, что понедельник – день тяжелый, но я считаю иначе. Мне нравится по-особенному проводить первый день новой недели. И этот понедельник обещал быть ярким, захватывающим, полным новых ощущений, знакомств и впечатлений. Еще бы, на новом месте работы в крупном Медицинском Центре я собиралась впервые самостоятельно провести кодировку.
Выходные были такими насыщенными, веселыми и продуктивными, что я почти забыла поволноваться перед своим дебютом. Все остальное мы с детьми успели. Нашли и купили младшей дочери Карине именно ту розовую пижаму с единорожками, о которой она мечтала, и даже запечатлела в качестве наряда принцессы на рисунке в детском саду. Записались со старшей Лерой на художественную гимнастику, хотя набор в группы был давно закончен и в ее плотном графике дополнительных кружков было только два свободных дня. Нам повезло – лучший тренер, и именно в наши свободные часы! Сходили дружно в кинотеатр на «Рапунцель», нахохотавшись и облопавшись там попкорна и сладкого льда, все равно не смогли пройти мимо любимой нашей семьей Пиццерии «Mamma Mia». Колоритный интерьер и пиццайола – настоящий итальянец никого в нашем небольшом городке, с населением в пятьсот тысяч, не оставляли равнодушными. Обычно походы туда проходили всей семьей во главе с нашим папой, иногда брали с собой и мою родственницу – студентку местного педагогического университета. Но сейчас муж уехал в командировку на две недели, а родственница пошла на свидание. Погода была солнечной, теплой, и еще какой-то особенной, в воздухе будто витала тайна, окутанная летающей паутиной. Бабье лето не хотело уходить, и мы с дочками тоже не торопились домой. Октябрьский бульвар, на котором мы жили, всегда пестрил разношерстной публикой, продавцами сладкой ваты, мороженщиками, художниками с их картинами, на которых почему-то были только пейзажи. Сегодня к ним присоединились две девочки – подростка лет пятнадцати – шестнадцати, рисующие портреты с натуры. Желающих собралась огромная очередь, несмотря на то, что портретное сходство на рисунках приходилось еще поискать. Они замахали нам руками, пропуская вне очереди.
– Валерия, здравствуй! Это твоя мама с сестренкой? – шустро подскочила к нам рыжая, улыбчивая Полина, обнимая Леру, и расцеловывая в обе щеки.
– Конечно! – подлетела к дочери с другой стороны вторая девочка – жгучая брюнетка с изумрудными глазами. – Теперь понятно в кого Лера! А вы знаете, что она у нас в Художке самая красивая? – переключилась на меня Дина.
Как я поняла, мой ответ ей был не нужен – обступив дочку, они уже щебетали без умолку, не обращая внимания на тихий ропот очереди. Лера всегда привлекала к себе внимание хрупкой, даже какой-то хрустально – прозрачной красотой. Белокурые, вьющиеся от природы волосы и огромные бездонно – голубые глаза с искорками солнца и озорства. А ресницы, в ее одиннадцать лет мы расчесывали щеточкой, такие они были длинные и пушистые. Но, кроме внешней красоты, есть у нее еще какая-то внутренняя харизма, что притягивает к себе как магнит.
