Преимущества для бизнеса включали снижение ставки налога на прибыль корпораций с 35 до 21%. Кроме того, структуры со сквозным налогообложением, такие как товарищества и предприятия малого бизнеса, к которым относилась и Trump Organization, получали эффективный 20%-ный налоговый вычет.
В 1:00 20 декабря 2017 г. вице-президент Пенс занял свое место председателя сената, чтобы разбить ничью, если голоса сенаторов разделятся поровну.
Законопроект был принят 51 голосами против 48.
К Кону подошел один из старших сенаторов-демократов, с которым они были хорошими друзьями. Кон никогда не видел его таким взбудораженным.
«Ближайшие 10 лет это будет наносить ущерб стране, — сказал сенатор. — А потом потребуется еще 10 лет, чтобы справиться с последствиями».
Кон посоветовал ему расслабиться. «Мы должны стать конкурентоспособными в корпоративном мире, — сказал он. — У нас нет выбора. Посмотри на наших конкурентов — они не дадут нам спуску».
Ставки подоходного налога были установлены на уровне 10, 12, 22, 24, 32, 35% и верхняя ставка — 37%. Снижение максимальной ставки с 39,6 до 37% было стандартным ходом республиканцев.
По оценкам, новый закон должен был повлечь за собой увеличение дефицита госбюджета на $1,5 трлн в ближайшие 10 лет.
Республиканские лидеры и Трамп поздравили себя торжественными речами на ступеньках Южного портика Белого дома. Трамп сказал: «В конечном счете что это означает? Это означает рабочие места, рабочие места, рабочие места».
Налоговая реформа стала единственным крупным законодательным актом, принятым в первый год его правления.
Вначале 2018 г. президент публично поставил на место Бэннона, который, вне всяких сомнений, был главным источником информации для нелестной книги журналиста Майкла Волфа «Огонь и ярость» (Fire and Fury).
На этот раз Трамп не стал использовать привычный Twitter, а предпочел сделать длинное заявление: «Стив Бэннон не имеет никакого отношения ни ко мне, ни к моему президентству. Когда он был уволен, он потерял не только работу, но и рассудок… Теперь, когда он отправился в одиночное плавание, Стив начинает понимать, что побеждать не так просто, как может показаться, глядя на меня».
Бэннон считал, что Трамп по большому счету потерпел неудачу как агент перемен. В первый год его правления старый порядок в сфере национальной безопасности восторжествовал. Пожалуй, единственным исключением было ужесточение позиции по Китаю и осознание того, что Китай — реальный соперник США на международной арене.
Бэннона шокировала новая стратегия национальной безопасности — 55-страничный документ, выпущенный в декабре 2017 г. В разделе о Ближнем Востоке говорилось, что политика США должна быть направлена на «поддержание благоприятного регионального баланса сил».
Какого хрена? — не мог понять Бэннон. Это означало возврат к старому миропорядку, к порядку Киссинджера с его мантрой глобальной политической стабильности. Главной целью Трампа на саммите в Эр-Рияде в 2017 г. было создание альянса, призванного сдержать иранскую экспансию и гегемонию. «Баланс сил» в понимании Бэннона означал, что США устраивали статус-кво и иранская стратегия «на грани войны», которая доводила конфронтацию до предела, но оставляла Иран в серой зоне.
Бэннон считал, что Трамп хотел положить конец проискам Ирана — заставить его уйти из Ирака, Сирии, Ливана и Йемена. А для этого США нужно было объединить силы с Саудовской Аравией, государствами Персидского залива и Израилем.
Настоящим врагом США был Китай. Россия не представляла проблемы. Российская экономика была эквивалентом экономики штата Нью-Йорк — около $1,5 трлн. Китайская же экономика в скором времени — возможно, уже в ближайшее десятилетие — должна была обогнать экономику США.
Бэннон по-прежнему верил в мощь набирающего силу популистско-националистического движения. Но старый порядок не собирался так легко сдаваться и сумел взять верх в первый год президентства Трампа.
Популистскому движению не хватило силы, чтобы одолеть окопавшуюся во власти политическую элиту. Трамп был бронебойным снарядом, который сумел пробить барьер в лице Клинтон, но не более.
Республиканский истеблишмент заставил Трампа плясать под свою дудку, считал Бэннон. Главными бенефициарами налоговой реформы стали корпорации. Увеличение дефицита бюджета на $1,5 трлн отвечало худшим традициям присущего политической элите менталитета бумтауна[25], где каждый лоббист старался протолкнуть сделку в интересах своих клиентов. Трампу не удалось осушить болото. Болото победило.
Наиболее наглядным свидетельством того, что Трамп пошел на компромисс, по мнению Бэннона, было его выступление на Всемирном экономическом форуме в Давосе 26 января 2018 г. Заголовок
Эта речь была написана Торгово-промышленной палатой, считал Бэннон. По сути, Трамп выразил позицию республиканского истеблишмента.