Второй генеральный план Биробиджана был разработан главным архитектором и автором проекта архитектором Аллой Герасимовной Варзар. Он внёс новое направление развития города на правом берегу Биры, с размещением там парка культуры и отдыха, а также главного стадиона, появление которого обуславливалось строительством нового мостового перехода. Этот генеральный план поставил вопрос о композиционном обогащении застройки домами домостроительного комбината. Второй задачей проекта стала организация западного складского района. Получили развитие уровни социального обслуживания населения, повышение нормы жилищной обеспеченности, зелёных насаждений. Все эти территориальные мероприятия исходили из фундаментальных решений первого генерального плана города и обогатили его предложениями по развитию системы общественных центров районного значения. Генеральный план, впервые для города, рассматривал акваторию реки Биры в качестве важнейшей планировочной оси, заслуживающей размещения на её левом, городском берегу архитектурно-композиционных узлов. Так было в проекте.
Второй генеральный план создавался в руководимой мной творческой архитектурно-планировочной бригаде, которая являлась одной из структур архитектурно-планировочной мастерской № 4, и, по положению, моя должность не вводилась ни в штамп института, ни в текстовую часть, хотя руководитель бригады являлся, de facto, одним из участников работы.
Прошли годы, начало изменяться отношение к градостроительству, но сохранялся принцип — не хватает мощности какого-либо инженерного сооружения по обслуживанию города — значит, надо строить новое. Так, в конце 80-х годов встал вопрос о нехватке тепла, и Хабаровский Промстройпроект занялся не модернизацией существующих источников теплоснабжения, а размещением второй ТЭЦ и нового, северо-восточного, промышленного узла, ориентированных на рост города. Отмечу, что надо знать отличие — рост и развитие. Первый требует поглощения всех ресурсов, второй — направлен на эффективное использование существующих, что позволяет исключить диспропорцию и безусловную незавершённость замысла.
В это время начиналась работа над третьим генеральным планом города, и для нас полной неожиданностью было появление проектных материалов по созданию нового промузла. Надо сказать, что я много лет занимался проблемой — градостроительство и метеорология — и ещё в своей кандидатской диссертации разработал новое понимание — полей инверсионного загрязнения пространства и, следовательно, уязвимости города. Зная особенности окружающего Биробиджан рельефа и микроклимат, неспособность Хабаровскпромпроекта к анализу опасности ТЭЦ-2, я принял на себя, как руководитель архитектурно-планировочной мастерской № 4, научное руководство проектом, автором и главным архитектором проекта генерального плана которого была назначена Эмилия Сергеевна Горбачёва.
Моя научная оценка складывающейся ситуации показала реальную опасность подверженности города задымлению от второй ТЭЦ. Я пригласил для детальной разработки этой проблемы нашего многолетнего консультанта и соавтора из главной геофизической обсерватории имени Воейкова — доктора географических наук, профессора Елену Никаноровну Романову Итог её исследования — подтверждение «диагноза», высказанного мной, и принятие нами решения о необходимости запрещения размещения новой ТЭЦ на выбранной площадке. Все связанные со строительством ТЭЦ административные органы и проектные организации были незамедлительно оповещены о реальной ситуации.
Но тема — ТЭЦ-2 — была актуальна, и для решения вопроса мы выбрали новую площадку для промузла южнее существующего города и резервных территорий его развития. К счастью, экономические проблемы региона сняли с повестки дня идею строительства новой ТЭЦ и промузла. Так что эта тема, в историческом плане развития города, остаётся только на хранящихся в городе чертежах и пояснительных записках генерального плана 1990 года.
Несколько слов об этом проекте. Я рассматриваю его как наиболее удачный результат разработки структуры города уже в третьем поколении во всех направлениях градостроительного формирования Биробиджана. Естественно, он был оптимистичен, и то, что многое из его положений, к сожалению, не реализовано, было обусловлено государственной экономикой.
В конце 2006 года я вёл заседание научно-технического градостроительного совета нашего института Урбанистики по новому генеральному плану Биробиджана и в дальнейшем подписывал проектные материалы как главный архитектор института. Я не могу высказываться о генеральном плане четвёртого поколения, т. к. в городе предстоят его общественные обсуждения и, в последующем, утверждение в органах власти».
