Я могу сказать, сравнивая то время и сегодняшнее, что разница так велика, что она больше, чем между днём и ночью. Никто со мной не разговаривал во время моего первого посещения Биробиджана, все от меня убегали, говорили: «Быстрее уезжай отсюда». Эта обстановка отличается от сегодняшнего дня. Я переполнен тёплыми чувствами от того, как нас принимали в Биробиджане — искренне, тепло, душевно. Мы увидели достоинство в людях, высокую культуру. Мы это никогда не забудем. Мы очень приятно поражены тем колоссальным объёмом деятельности, который осуществляют здесь уважаемый раввин, его жена. Не только тем объёмом мероприятий, но и тем, какие культурные ценности они привнесли в общину. Они поделились с нами этой информацией».
Выступление М. Токайера не оставило нас равнодушными, и наши аплодисменты во время выступления даже смутили писателя. Запомнилась эта встреча не только туристам, но и нам, биробиджанцам, так как известный в мире и очень скромный человек в ответ на тёплый и радушный приём открыл нам свою душу, рассказав о своих планах и желаниях. М. Токайер пообещал выслать в подарок областной библиотеке сотни книг, в том числе и «План Фугу».
Николай Пегин, заместитель председателя правительства ЕАО, вручил Марвину Токайеру памятные альбомы об автономии и выразил общее мнение, сказав: «Эта миссия известного раввина М. Токайера приобретает формат не просто туристического посещения Биробиджана, а послов мира — людей, которые, увидев сегодняшний Биробиджан, расскажут детям, друзьям, коллегам, что такое есть настоящее нашего города, нашей области».
Вечером того же дня я пригласил Марвина Токайера и Мэри Сварц к себе домой. Вместе с ними пришёл его внук. Несколько часов, уютно расположившись у камина, мы говорили на идише и английском о его книге, о Биробиджане и, конечно, о дальнейших творческих планах.
Имя М. Токайера вошло в еврейскую историю с его книгой «План Фугу», открывшей миру удивительную и невероятную историю спасения тысяч евреев японцем Тиуне Сугихара. Несколько десятилетий назад, после выхода в свет этой книги Т. Сугихара, бывший японский консул в Ковно, навечно занесён государством Израиль в список Праведников мира. Мир узнал ещё об одном праведнике, спасшем тысячи евреев от верной смерти в фашистских лагерях смерти. Книга повествует о жизни и деятельности этого человека, его судьбе, которая не баловала и не была безоблачной до и после войны, о трагедии евреев и роли Японии в решении «еврейского вопроса» в те годы.
Название книги для читателей, незнакомых с японским названием рыбы — фугу, весьма оригинальным деликатесом, ничего не скажет. Да и в книге об этой рыбе практически ничего не сказано, за исключением одного её качества — наличия в ней яда, крайне опасного для человека при неправильной обработке в ходе приготовления блюда. Но именно название этой рыбы было использовано японцами в связи с принятием плана, вошедшего в мировую историю как «План Фугу». В основу его был положен критерий крайней осторожности и деликатности в работе с евреями, с которыми, считали японцы, надо правильно и точно выстраивать отношения, иначе всё может закончиться весьма печально для тех, кто недооценит этот фактор.
Но целью Марвина Токайера и Мэри Сварц было не столько определить соответствие этих характеристик, сколько рассказать об отношении японцев к евреям. Это рассказ о трагедии, постигшей евреев в годы Второй мировой войны. В книге впервые представлены совершенно неизвестные страницы истории — разработка планов и участие Японии в специфическом решении еврейского вопроса. Она повествует о планах Японии в Европе, на севере и юге Китая, связанных с предполагаемым переселением около миллиона евреев в северную провинцию Китая, а также конкретных шагах в этом направлении.
Учитывая, что эта книга не является академическим научным исследованием, следует признать, что приведённый в ней материал представлен авторами в виде реальной картины событий, происходивших в мире в тридцатые — сороковые годы прошлого века.
Главы книги в строгой хронологической последовательности предлагают читателю следовать ходу истории и позволяют ориентироваться в международных отношениях государств, политических процессах, которые имели отношение к данному японскому плану.
