Последние шипы наверняка были главным оружием динозавра, так как остальные хоть и увеличивались устрашающе у середины изогнутой дугой спины, но опасности не представляли. Они, хлопая друг о друга при перемещениях динозавра, служили, скорее всего, всего лишь для отпугивания хищников.
В общем-то, это в некоторой степени действовало и на нас, но мы сразу поняли, что это не хищник и его устрашающий облик совершенно не соответствует агрессивности животного.
— Да, такого мы ещё не видели! — произнёс Саммерли.
— Конечно, ведь это, можно сказать, самое интересное по форме животное Юрского периода, — сказал Челенджер, уже делая первые фотоснимки динозавра. — Стегозавр!
Однако, как оказалось, мы не одни наблюдали за диковинным завром: из гущи леса, практически незаметно для нас и, возможно, совершенно не заметно для стегозавра, осторожно выглянула пара велоцерапторов.
Но плотоядный динозавр всё же что-то почувствовал и, замерев на месте, перестал жевать зелень.
— Осторожно! — предупредил лорд тех, кто ещё не увидел хищников. — Здесь велоцирапторы!
Эффект неожиданности у хищников не вышел, а потому стремительная атака уже могла не получиться. Кажется, это поняли и велоцерапторы. Один из них медленно вышел из прикрывающих его деревьев и стал обходить жертву со стороны хвоста, сосредотачивая внимание динозавра на себе, в то время как другой остался стоять у деревьев, по-прежнему не замеченный.
Первый осторожно обошёл стегозавра, заставив того подставить незащищённый бок под удар второго хищника, чем тот и воспользовался, мигом устремившись к тому. Но стегозавр заметил его раньше: он повернулся, так быстро, насколько ему позволяла это сделать его масса, заставив шипы на спине хлопнуть с оглушающим шумом. Одновременно он чуть не задел первого хищника своим хвостом, еле увернувшегося от удара и с силой ударил головой о набегавшего с другой стороны завра, откинув того на десяток футов в сторону. Но тот быстро поднялся, и отбежал назад, спасаясь от уже нападавшего стегозавра, который, видимо, хотел его растоптать своими мощными лапами. В это время другой хищник попытался подбежать к динозавру с боку, но так и не успел: стегозавр всё видел и очень вовремя сделал движение вправо, ускоряя тем самым замах хвоста, и вонзал свои шипы тому в бок.
Хищник издал вопль, острым лезвием пронзивший наш слух и грузно завалился на землю, в момент затихнув. Шипы на хвосте стегозавра покрылись кровью.
Атака хищников провалилась.
Оставшийся в живых велоцераптор увидел мёртвого собрата и, издав какой-то звук наподобие клича, медленно отбежал в сторону, подальше от стегозавра. Видимо, он ещё надеялся съесть хотя бы повергнутого велоцераптора.
Но не только ему необходимо было свежее мясо: наши запасы заканчивались, и отдавать этого хищника на растерзание другому, мы не собирались. Пускай доедает то, что останется после нас.
Челенджер выстрелил в воздух, и динозавры, так и не поняв, наверное, что за новое ненастье настигло их, поспешили убраться от этого места, а мы подошли к мёртвому телу велоцераптора.
Кажется, у того были переломаны несколько рёбер и шея, от чего голова оказалась неестественно развёрнутой назад. Из глубоких ран его струйками сочилась густая кровь.
Как обычно, сфотографировав труп и отрезав всё мясное, что было в небольшом теле динозавра, мы осторожно, двинулись обратно к реке.
Обратный путь прошёл спокойно. Видимо, велоцераптор принял наши правила игры, оставшись там, на поляне, «доедать» останки собрата.
У реки мы перебрались на другой берег, поужинали, вспоминая то, что сегодня с нами приключилось, и, разложив палатки, легли спать.
За следующий день мы планировали дойти до горы, которая находилась в примерно в семи с половиной милях на северо-западе, для чего нужно было, как следует отдохнуть перед утомительной греблей.
Проснувшись рано утром, быстро позавтракали и, стараясь не терять времени, так как мы надеялись пройти сегодня большое расстояние, сели на плоты.
Двигаться между тем становилось всё труднее, ведь река сужалась, а течение от этого только ускорялось.
Однако до обеда мы всё же преодолели около трёх с половиной миль, значительно приблизившись к горе.
— Ну, что последний рывок? — произнёс лорд, садясь в свой плот после обеда.
— Наверно, — ответил я, и все снова взялись за вёсла.
Тяжёлый труд омрачился неожиданно начавшимися порогами, примерно за пол мили до горы, поэтому дальше использовать плоты было уже невозможно.
Сегодня решили отдыхать, а уже завтра, пешком, штурмовать пологие склоны горы.
Утром, спрятав плоты и имущество в кустах и, взяв с собой только самое необходимое снаряжение и еду, мы двинулись вдоль сузившейся реки. Оказалось, что дальше река была просто переполнена порогами и малыми, высотой не больше трёх футов, редкими водопадами, отделяющими одни площадки порогов от других.
