Дойдя до места, отправил разведчиков и посыльных к союзникам. Несмотря на тяжелые доспехи – мы уже обзавелись и приличными кожаными панцирями и шлемами из войлока кельтского типа с переплетёнными крестообразно полосами бронзы, защищающими голову от удара топором или дубиной, стражи нырнули в темноту совершенно бесшумно, и растворились в полутьме. Спустя полчаса половина из отправленных вернулась с докладами, а пара из них – еще и с «языками». Последние производили впечатление, скажу прямо, жалкое. Трясущиеся грязные тела, исполосованные ритуальными шрамами, заросшие бородами лица с кляпами во ртах, выпученные от страха глаза. Рост около ста шестидесяти сантиметров, лица скорей европеоидного, чем азиатского типа. Один в набедренной меховой повязке, второй к повязке имеет и обрывок шкуры неизвестного происхождения на плечах. Признаки явного наркотического опьянения у обоих. Стражники доложили, что взяли красавцев недалеко от лагеря, когда те пошли отлить в кустики. Я спросил:
— А зачем двоих брали? Хватило бы и одного за глаза, пусть один из вас остался бы наблюдать со своего места.
Обратившись к народу, я произнес нудным голосом воспитательницы детского садика:
— Вот, детки. Теперь вы видите, как нехорошо ходить по одному писять в кустики в незнакомых местах. Зарубите себе на носиках – собрались отлить – возьмите с собой друга, пусть он посмотрит, чтобы вас саблезубый Егорка не утащил в норку! И в глазик за безобразия фингал вам не упал!
Народ захрюкал, давясь от смеха, еле сдерживаясь, чтобы не зареготать в полный голос. А Егор стал объяснять дальше:
— А я и остался было. Рожок (Рог Бизона – один из бывших «мамонтят», зачисленный в стражу после того как категорически отказался возвратиться в племя Мамонта обратно, объяснивший, что сменил имя и кровно породнился с Егором, и теперь оставить брата не может, и неплохо обучающийся не только воинским, но и другим умениям) поволок первого к вам. А этот поганец, с фингалом который, подбежал и прямо на меня отливать начал, ну, я и не сдержался… — понурился Егор Хромов. Ну, я его того, тоже… — широкоплечий парень, ростом, пожалуй, повыше меня, понурив голову, выражал поистине глубочайшее раскаяние своими действиями.
— Ну и что, обратно этого ссыкуна отволочь, что ли и извиниться?
— Ты им еще сыграй на дудочке и обучи рок-н-роллу, — съехидничал главная язва мужской части лагеря Антон Ким.
— Хорош базарить. Тихо. Берите субчиков, рысью отсюда к временному лагерю, (мы устроили для себя временный лагерь в километре от стоянки прибывших охотников), быстро там их потрошите, оставляете на руки мальцам из ополчения, и обратно с докладом.
При слове «потрошить» Рог Бизона многозначительно закивал и достал для проверки свой кхукри, который наконец недавно получил при посвящении в полноправные стражники, сдав экзамен, и страшно им гордился. Сосредоточенно попробовав остроту лезвия пальцем, для надежности провел по сияющей бронзе чакмаком – дополнительным ножом из комплекта кхукри. Одернув напарника, Егор объяснил, что потрошить – это не значит выпустить им кишки с помощью свежеприобретенного кхукри, а лишь хорошенько допросить. Рожок скривил физиономию в многообещающей ухмылке, мол, какие проблемы – надо – допросим, надо – выпотрошим в прямом смысле. Любой каприз, так сказать, за ваши деньги. Я позвал:
— Антон Ким!
— Я!
— На их место. Наблюдать. Под струю – не попадать. Больше всякое дерьмо сюда не тащить, смена через два часа по парному крику совы. Остальные – отдыхать, можно покемарить.
— Есть.
Уже без ненужных хохмочек, растворился во тьме Антон. Зимнюю одежду мы пошили по фасонам и методам северных народов. Теплые парки и торбаса из оленьих шкур, волчьи душегрейки, капюшоны, толстое белье из волокон крапивы было не только непромокаемым, позволяющим находиться под мокрым снегом, но и отлично сохраняло тепло. Одежка позволяла находиться при необходимости на открытом воздухе круглые сутки. Маскировочные халаты из крапивной сетки с нашитыми и подвязанными кое-где сухими листьями и веточками, отлично скрывали моих бойцов. Охотничьи и боевые костюмы выдерживались в настое можжевельника и других хвойных, и перебивали человеческий запах. Хорошая охота моих ребят уже показала надежность снаряжения и его маскировочные качества – на охоте вожак небольшого стада карибу подошел к Сереже Степину, скрадывавшему стадо, на два метра, долго стоял перед ним, не видя притаившегося, и отошел дальше раскапывать снег в поисках пищи. Поэтому я не боялся за моих бойцов в части того, что они могут замерзнуть или их обнаружат.
Вернувшиеся Егор и Рожок доложили, что удалось выяснить у пленных. Действительно, охотничья экспедиция на загонную охоту. Следом движутся женщины и дети племени. Что значит делать запасы на зиму – не представляют. Всего в племени – от пятидесяти человек, если они правильно поняли. Язык похож, но все-таки сильно отличается от племен Совета вождей. Металла не знают, разводить огонь не умеют, таскают с собой, нас приняли за злых духов лесов. Биг-шайтан, подытожил я.
