– Я думаю, там можно хорошо, – Лусия делает небольшую акцентированную паузу, – отключиться? – Потом у нее лопается надутый пузырь из жвачки.
– Ты понимаешь, что в принципе жуешь нефть? – спрашивает Айша.
Лусия вынимает изо рта резинку и протягивает ее Айше:
– На основе чикле.
Айша смотрит на белую бесформенную массу между большим и указательным пальцем Лусии.
– Иногда мне кажется, что вы, дети, намного опередили нас.
Лусия снова засовывает резинку в рот.
– На километры, Мисси.
– Короче, – говорит Айша, – ты можешь помочь мне или нет?
Импульсивно Лусия принимает стойку на руках и начинает движение на своих руках по кабинету.
– Ты шутишь, девочка?
– Это полезно для спины, – отвечает Лусия, продолжая ходить на руках. – Но в вашем преклонном возрасте это, вероятно, довольно рискованно.
Айша поднимается с места и тоже встает рядом с Лусией на руки. Ее волосы и ее юбка подчиняются силе тяжести. Какой-то программист, который как раз в этот момент проходит мимо кабинета Лусии, через несколько дней спросит себя, действительно ли он это видел. Консультант президента и руководительница Корпорации по кибербезопасности лично. В стойке на руках.
Айша встает на ноги.
– Ну и? – спрашивает она.
Лусия опускает ноги и плавно переходит из стойки на руках в «мостик».
– Хвастунишка, – комментирует Айша.
– У меня есть теория, – объясняет Лусия. – Но она вам не понравится.
– И все-таки я хочу послушать.
Лусия опять встает на ноги:
– Ну, вероятно, триггер почувствовал себя приведенным в действие, хотя никто этого не делал.
– Ты хочешь свести меня с ума, девочка? Ты не можешь говорить более конкретно?
– Я могу, но это всего лишь смелое предположение. И я считаю, что и без меня есть достаточно людей, которые свои недоказанные, тупые теории запускают в мир.
– Тогда обоснуй свое предположение и расскажи мне.
– Я не могу.
– Почему?
– У меня нет доступа к сетям вооруженных сил.
– Но ты ведь руководительница Корпорации кибербезопасности, – говорит Айша. – И ты хочешь, чтобы я поверила, что у тебя нет доступа к сетям вооруженных сил?
– Моя работа заключается в том, чтобы контролировать интернет – извини, защищать. Я все время путаю, что я должна говорить, а что делать, дуреха.
– А сеть вооруженных сил не подключена к интернету? – спрашивает Айша.
Лусия смеется.
– Военные – придурки, – говорит она. – Но не окончательные.
Айша кивает.
– Разве генералы не объясняли вам, почему, с их точки зрения, невозможно отказаться от автономных систем вооружения? – спрашивает Лусия.
– Из-за гонки вооружений.
– Да, – говорит Лусия. – Но это не единственная причина.
– Я надеюсь.
– Какое, на ваш взгляд, самое слабое место в современных боевых системах?
– Не имею понятия. Я должна признаться, что до сего времени я никогда особенно не интересовалась телеуправляемыми игрушками генералов.
– Телеуправляемые, – говорит Лусия, – это замечательное ключевое слово. Если бы вы знали, что на вас несется целая армада телеуправляемых и взаимодействующих между собой танков, лодок, самолетов и ракет… Как бы вы защищались? С чего бы вы начали?
– Я бы попыталась, помешать их взаимодействию, – говорит Айша. – Кстати, мне не нравится, когда со мной разговаривают как учитель с учеником. И уж тем более когда в роли учителя выступает семнадцатилетняя девушка.
Лусия ухмыляется:
– Помешать взаимодействию. Очень хорошо. Итак, в зоне боевых действий мы, безусловно, имеем дело с конкурентной электромагнитной средой. За исключением, конечно, войны «Страна Качества против последнего коренного племени из оставшегося тропического леса». Вы уже знаете, как это иногда случается в компьютерной игре «Перезагрузка цивилизации».
– Я не играю в компьютерные игры, девочка.
– Конечно, нет, Мисси. Зачем вам это нужно? Вы играете ведь в большую игру. В настоящую игру.
– Значит, конкурентная электромагнитная среда…
– Да. Противник попытается прослушать наш информационный обмен, создать помехи или в худшем случае его изменить. Теперь мы представляем себе, что наше безумно дорогое полуавтономное, то есть дистанционно управляемое, оружие проникает в такую конкурентную среду и из-за передатчика для создания помех неожиданно теряет способность с нами взаимодействовать. Потом наши ребята будут стоять, засунув одну руку в карман, в центрах дистанционного управления, у джойстика, но, сколько бы они его ни вращали, ничего больше не произойдет, потому что ракета потеряла связь с базой.
– А на тот случай… – говорит Айша.
– …который с высокой долей вероятности произойдет… – добавляет Лусия.
– …оружие должно быть способно принимать решения автономно.
– Да. В противном случае они просто неожиданно бросали бесхозную, но очень дорогую кучу лома со взрывчаткой примерно поблизости от расположения противника.
– Понятно.
– И информационный обмен, разумеется, нарушался в обоих направлениях, – говорит Лусия. – Мало того что штаб больше не может добраться до оружия, оружие также не может сообщить штабу, кого или что оно в итоге расплющило.
– Значит, военные действительно не имеют представления о том, что случилось?
– Возможно, – говорит Лусия.
– Возможно? – переспрашивает Айша.
