Не знаю, что он смог увидеть в моих бедных измученных очах, кроме начинающегося конъюнктивита, но спорить не стал. Подарок и впрямь необычный, но я тут при чем?
Словно угадав мои мысли, обладатель именной золотой сабли пояснил:
- Получается, ты у нас герой? И наказывать тебя не надо?
И снова я не стал спорить. Ибо против истины грех возражать. Если бы не пойманные мной диверсанты, которых мы отпустили бесплатно, то есть, даром, не видал бы Пал Палыч именного меча в ножнах, украшенных яхонтами. Хотя, конечно, это лишь формальный повод - скорее всего, это ответное послание старцу Исмаилу, что его предсказание услышали, восприняли всерьез и благодарят от всей души.
Остался лишь один вопрос: "Ко мне какие претензии?". На саблю не претендую, драгоценные каменья с рукояти в счет свой доли не выпрашиваю.
- Смирно! - неожиданно рявкнул командир части, так что я рефлекторно подскочил, как ужаленный.
Зачем-то следом за мной встали оба офицера.
- Младший сержант Морозов. За проявленное мужество и героизм, за смелость и решительность, проявленные при задержании опасных преступников, с риском для жизни. Награждаешься медалью «За отличие в охране государственной границы СССР». Поздравляю.
Крепить медаль на грудь не стали, просто вручили вместе с коробочкой и удостоверением. Оно и понятно, вид у меня потрепанный и не соответствует Уставу.
И опять я ничего не понял. Если саблю вручили только вчера, то представление на медаль даже отпечатать не успели бы. а его еще Москва утвердить должна была, при том. что электронной почтой в этом времени еще не пользуются, и бумаги доставляют обычной фельд-егерской службой, а на это неделю минимум нужно туда и обратно, даже если допустить, что в ускоренном темпе все делалось.
Товарищ Жилинский улыбнулся доброй веселой улыбкой, всеми тридцатью зубами сразу, словно обаятельная акула из игрушечного магазина.
- Представление написали сразу после поимки нарушителей границы. Звание младшего сержанта по совокупности остальных заслуг. Приказ еще вчера подписан.
Вот же. хитрая проныра! А мне лапшу вешал, что я без медали остался.
- Приведи себя в порядок. Лычки пришить не забудь. Завтра утром выезжаем. Марш-бросок у всей учебной автороты, не забыл?
Честно говоря, забыл. Думал, что меня это не касается. У меня и тут дел полно, тратить двое суток на бессмысленную поездку не очень и хотелось.
- Товарищ подполковник, у меня водительских прав нет. Их отобрали при задержании. Я вам об этом говорил.
- Приказ не обсуждается. Завтра сядешь за руль моего УАЗа, вместе поедем. Права потом передадут. Свободен.
С подполковником Тарасенко спорить бесполезно, и даже вредно.
- Не понял, куда мои права передадут? - поинтересовался я у майора, когда мы вышли из кабинета.
- Марш-бросок продлили до самого Баку, колонна вернется, а ты там остаешься. Полежишь в военно-морском госпитале, товарищ Громов пристроит на пару недель, полежишь, здоровья наберешься, пока здесь все не уляжется. Отдохнешь заодно. И нам проще отдуваться. Нет хулигана и дебошира Морозова, значит и выдавать некого.
Глава 37
В семь утра колонна выехала из ворот части. В обшей сложности около пятнадцати автомашин любых разновидностей: три УАЗа, четыре "шишиги" Газ-66, один УРАЛ и штук шесть ЗИЛлов. Короче, чистый зоопарк на колесах. Марш-бросок на четыреста километров по сути является выпускным экзаменом для учебной автороты, и в прошлой жизни он тоже был. но даты почему-то не сходятся. Связисты уже неделю назад закончили обучение и разъехались по заставам, и в моей реальности это произошло в одно время с нашим заездом. Видимо мое появление уже изменило историю, так что пошли заметные отклонения от канона.
Как и обещал подполковник Тарасенко усадил меня за баранку своего командирского УАЗа, и почему-то больше никого не взял на замену. Оказалось, что у него накопилось множество вопросов и поэтому решил избавится от лишних ушей заранее.
- Рассказывай. - приступил он к допросу в особо выгодных условиях. Попробуйте следить за дорогой и отвечать на каверзные вопросы одновременно - получите массу незабываемых ощущений на встречке. куда вы выехали задумавшись над ответом.
- О чем рассказывать, товарищ полковник?
- Клинья к моей Ритке подбиваешь?
Именно из-за этого вопроса я выскочил на встречную полосу, чудом разминувшись с самосвалом. Затем посмотрел на ухмыляющегося Пал Палыча и понял, что это он "троллит" меня так. Слово еще не используется в этом времени, поэтому считается обычной подколкой или подначкой.
- Никак нет. И в мыслях не было!
- Хочешь сказать, что моя дочка такая страшная, что на безрыбье не взглянешь? - вкрадчиво поинтересовался командир воинской части мнением обычного солдата, служащего под его началом.
Что в такой ситуации можно ответить? Любой ответ выйдет боком, поэтому пытаюсь соскочить со скользкой темы.
- Товарищ полковник, наговариваете вы на меня. С вашей Маргаритой я всего пару раз виделся. И вообще я для нее - пустое место. Она и разговаривать со мной не станет.
