- Когда доберемся до Обратных Пирамид, увижу вход ТУДА, - ни для кого сказал Странник.
- Вот только миражей не хватало... - остановился Дух и, покинув соседство демона, сел на пыль.
Безымянный начал вглядываться в замыкающийся угол дали и стал видеть кавалькаду миражей, населяющих Холодную Пустыню. Необычно, что они им видятся почти у окончания первой половины Пути...
Вслед за разношерстным скопищем сущностей возникали храмы, памятники, монументы, дороги и много того пустого и неважного, что образует и наносит суетное размышление. А привидения мертвых безумных живых скакали с грохотом, размахом и наводили ужас всем своим видом.
Полу-люди, полу-животные, монстры, бесплотные, тучи, чудовищные колоссы или маленькие плюгавые бесята, люди с непомерными головами или же, наоборот, телами, - все они жадно смотрели по сторонам, ища жертв. Посередине шли жрецы в праздничных одеждах, несшие толстые свечи, которые, впрочем, не горели. Юродивые толкались с одноглазыми мудрецами.
Этот сонм, поднимавший дикими плясками и буйством вихри песка, постепенно надвигался на трех путников, остановившихся в ожидании. По памяти спасаться было смерти подобно. А умирание не нужно.
Вскоре троих увидели миражи, шедшие во главе: желтоглазые перевертыши с плетьми окликнули что-то вроде жидких слизней, и все вместе они поспешили добраться до троих чужаков, объявившихся на их дороге.
Звериные лапы и щетинистые копыта, ровно как и ступни в струпьях проказы достигли потертых башмаков Странника. Все встало...
Миражи остановились, прекратив разглашать им известные истины и законы и замерли в напряжении, ожидая страха, паники, отчаяния и бегства с поистине адским вожделением. Они ждали накинуться на трех слабых серых, как они думали, посмевших здесь, в их бессменных собственностях Серости, противоречить установившемуся порядку.
Замерли и полугрозовые облака, темной густотой шедшие за ними. Улеглись в Пустыню все до одной песчинки и теперь на Странника, Духа и Варфоломея направлены были сотни алчных и жаждущих расплаты голодных, воспаленных глаз... Они вперялись в каждый дюйм троих и жарко фыркали.
Тут из толпы вылез человечек в метр ростом, раздутый, словно жаба, и, на согнутых грязных ногах, подбежал к Безымянному.
Широкая пасть с гнилыми зубами поперек живота искривилась при виде демона, а трепещущие волосатые ушки опустились, когда карлик увидел Духа. Еще раз смерив троих, он поднял вверх свои пухлые руки и возопил гнуснейшим голосом:
- Обречены! Обреченыи-ии! - и, тараща глаза, шаг за шагом, задом удалился в ораву блуждающих миражей.
Те, что-то про себя смекнув, повернулись и без прежнего рвения обогнули троих, продолжая свое длинное движение. Серых облаяли гиены, и на этом все закончилось. Когда топот многих конечностей стих вдали, оставив облачко пыли, гнусный писклявый голос лилипута все еще слышался в просторе Холодной Пустыни:
- Обречены! Обречены!.. Обреченыиии!..
- Плохой знак, - глядел вслед им Дух.
- Это утверждение или вопрос? - безынтересно положил руки в карманы Странник, глядя на Духа.
- Это предчувствие какое-то... - отозвался тот, сжимая свой мешок. Что он имел в виду?..
- Не обращай внимания. Они и не такое могут учудить. Слушать их вздор... - отмахнулся Безымянный. - Хотя, может...
- А?..
- Я приду с мыслью, - провещал Странник, - и уже сомневаюсь, что все было безопасно... Мы бы давно могли быть с ними...
Варфоломей поднял стопу, желая идти дальше, как и любой на его месте.
- Не двигайся с места, - рука показалась из широкого рукава, - Мы под проклятьем...
- Что еще?! - пробурчал демон, переменяв физиономию. - Еще одна прихоть вашей боготворимой Серости?.. Оставьте меня...
- Может, мы ведем чью-то бредню?! Ты слышал, что сказано?! - впервые повысил голос Странник.
Дух решил последовать его совету.
- Это сделали миражи, не так ли?
- Они. И мы не можем идти дальше...
Варфоломею были неизвестны не только диковинные явления, но и то, что они предсказывают. Возможно, ему это на руку, но скептически настроенный демон уже начал ждать минуты, когда ему возможно будет скрыться.
Они, эти твари снов, не такие уж и могучие. Так что слабый огонек надежды уже озарял Варфоломееву душу. Он освободится. Не знает, как, но это непременно произойдет. Будем ждать и будем предпринимать.
Они сели и ждали. Неизвестно, чего. Их покинуло все и вся.
- Все кончено, я думаю...
Духа ошарашило.
- И мы здесь навсегда?! - громко стукнула дума нарастающего снежного кома.
- Ну... если повезет, мы сможем дождаться каравана миражей, когда они обогнут Пирамиды... Присоединимся к ним, доберемся до Преддверья... И станем измышлять новую схему Пути...
- Тяжело, о, как тяжелооо...
- Эй там, сухопутные серые!..
