"Да! У меня! Так что тебе флиртовать со мной бессмысленно! А то и у тебя потребуют сиську!" - говорю.
Но, видимо, идея трахнуться на циферблате Биг-Бена прочно засела в тупой и маленькой головке Шпунтика, так как она сказала: "Я детей люблю!"
"А я - нет!" - сказал я и врезал ей по попе рукой!
Она восприняла это как домогательство:
"Ну, Херлок! Ты такой горячий мужчина! Мой жеребец! Мой Победитель!"
Стрелки опустились на 5 делений! Я понял, что если ничего не предприниму, то мы свалимся в Темзу! Я снова огрел её по попе! Это всё, что я мог сделать.
"Намекаешь на мою попу?" - спросила Шпунтик. Да, эта попа перевешивала, и если бы её не было, стрелки бы перешли только на 4 деления! Похоже, я начал сходить с ума!
"Слушай меня, Шпунтик!" - сказал я. - "У тебя папа-мама есть? Нет? Почему ты такой злой? Как собак?"
"Я злой?" - переспросила Шпунтик. От негодования и праведного гнева у неё даже силиконовые молекулы в грудях съёжились, как при опасности! Как говорится: "При опасности молекулы съё..ваются!"
Несмотря на это их вес не уменьшился, и стрелки опустились ещё на минуту! Я решил исповедоваться Шпунтику в самый Последний Час! Я сказал: "Если честно, я - паршивый частный сыщик! Мама хотела, чтобы я стал электриком! Мама была права!"
"Да! Твоя мама была права!" - вместо благостного напутствия в Последний Путь (Дер летцте Фаарт) она стала выяснять правоту моей мамы.
"Да подожди ты!" - сказал я. - "Мама была не права! Она вообще была шлюха и нашла меня в парке, куда я укатился после того, как нас разлучили с моим братом-близнецом-паразитом!"
"Чего?" - спросила Шпунтик.
"Того! В парке светили газовые рожки! И мама подумала: "Пусть этот дибильный близнец станет электриком!" Наступала Эра Электричества!"
"А!" - сказала Шпунтик. - "А моя мама хотела, чтобы я работала на конвейере и закручивала шпунтики! "Тристо сорок восемь дырок просверлил за смену я! Захлебнётся Общий Рынок в дырке нашего нуля!" Наступала Эра Индустриализации!
Смотрел, как Чаплин закручивает пуговицы на груди прохожей как на конвейере? Так вот: после смены я не то, что пуговицы на ширинке прохожего закрутить не могла, но и пуговицы на собственной блузе расстегнуть не могла! Так и спала в одежде как скотина!" - Шпунтик.
"Давай, я сделаю тебе Последнее Одолжение!" - сказал Херлок и вынул разводной ключ. - "Ты умрёшь красиво: голой! Но свободной!"
И он попытался открутить пуговицы на её блузе, но только уронил ключ в Темзу!
"Уронил!"
"Ладно! Не переживай, Шолмс! С кем не бывает? Вот что мне всегда говорил профессор Мориати, который был главным по конвейеру: "Главное - не сдаваться! Ну или сдаваться, но маленькими порциями!" Именно он подарил мне именной Костыль!" - Шпунтик.
"Именной что?"
"Костыль! Мы тогда выплавляли рельсы для магистрали Нью-Йорк-Даллас. Ну это ты должен знать: "Нью-Йорк-Нью-Йорк! Я люблю NY!"
А рельсов там надо было миллион! Шпал вообще миллиард! Работа шла сврхурочно. Костыли летели как шрапнель. Да нет, что я? Я выплавляла костыли.
Ну и после этого стала инвалидом, и мне самой понадобился костыль. А Мориати, он очень мудрый был, он говорил: "И мудрый говорит: каждый костыль когда-то задолбит! Если беда-аа, и если холода! Но вот чувак: всё сделает не так! И его костыль взовьётся до небес!"
К несчастью, этим чуваком была я, Шпунтик! Я говорю Мориати: "Я - тёлка!"
"Если тебе тёлка имя - имя крепи выменями своими!" - он продолжал сыпать афоризмами.
"Выменями? Да у меня из-за вашего конвейера уже никакого терпения не осталось, не говоря уже о вымени!" - говорю. - "Всё съёжилось!"
И вот тут-то Мориати и открыл Великий Закон 20-ого века: "У тебя силиконовая грудь? Мы с тобой враги!" Сам не понял, чего сказал.
А ведь это был Великий Прорыв для всех женщин, мечтающих увеличить грудь!
Как я увеличила? Ты меня спрашиваешь?" - спросила Шпунтик у Шолмса.
Но тот уже ничего не спрашивал, так как за время её болтовни стрелка опустилась ещё на 10 делений!
"Да знаю я!" - заорал Шолмс. - "Тебе увеличили в Клинике Мясника!"
"Вот именно! Сначала-то Мясник хотел, чтобы я увеличила ему конец: "Вы такая заслуженная индустриалка! Так много проработали на заводе по производству рельсов! Вколите мне!" Но я подумала-подумала и вколола себе!"
"Ну и дура!" - сказал Херлок и подумал: "Интересно: спасут нас или нет? Не зря же на улицах вместо газовых рожков светильники! Но, боюсь, что в подобное время суток все лондонцы трахаются или под боком у своих тёлок, так что ничего не заметят! Надо бы вывесить какой-нибудь стяг! Жаль, у меня запор, а то бы я придумал что-нибудь на этот счёт!"
Но, как говорится: "Шпунтик! У меня больше нет запора!", если они благополучно упадут в Темзу!
Но тут шарики-ролики часов остановились, и в окошке возникла бледная физиономия Леди "Н"!
"Леди! Щас не время пугать людей! Помоги же мне!" - сказал Херлок.
"А это кто с тобой?" - спросила Леди "Н".
"Это - заслуженный ветеран производства рельсов, передовик, ударница капиталистического труда!" - Херлок.
"В разорванной блузке? Не помогу!" - Леди "Н".