Следующий проем, в котором все еще сохранился трухлявый деревянный дверной косяк, вел в помещение с семифутовым потолком. Когда они вошли, из окна вылетели птицы. Эта комната имела около восьми квадратных футов площади и другой дверной проем в дальней стене, ведущий в помещение поменьше, возможно, спальню. Кроме того, имелась комнатушка еще меньше, выглядевшая как детская спальня. Когда Найл оценил, каких усилий потребовало вырезание этого маленького помещения в цельной скале, он почувствовал благоговейный трепет — на это должны были уйти годы.
Но зачем они так утруждались? Была ли некогда эта земля настолько дикой и опасной, что жить на уровне долины было рискованно?
Они прошли к концу террасы, заглядывая в каждую комнату. Только в одной обнаружились остатки скамьи, дырки для гвоздей которой были заполнены рыхлой ржавчиной. Другие помещения были пусты.
В конце площадки в углублении в земле стоял высокий увесистый камень, очевидно, установленный там, чтобы дети не падали с края. На нем сидел ворон. Но он улетел, когда они приблизились.
Путники повернулись и двинулись назад другим путем. Рядом ступеней выше располагались другие жилища, одно побольше, с четырьмя комнатами вместо трех — возможно, жилье вождя. Рядом с этим располагалось самое обширное помещение, с десятифутовым потолком и по меньшей мере тридцати футов в глубину. Найл догадался, что это было чем-то вроде зала собраний, а, возможно, даже церковью.
Найл отвернул мыслеотражатель от груди, чтобы лучше прочувствовать царившую там атмосферу; поскольку он знал, какие люди здесь жили, он чувствовал, что может смутно ощутить их присутствие: женщин крепкого сложения с большой грудью, бородатых мужчин с бритыми головами и лицами, напоминавшими убийц из госпиталя.
Было очевидно, что капитану не интересно все это, и он удивлялся, зачем его спутник терял время зря. Поэтому Найл раздумал продолжать исследования и двинулся по террасе в обратном направлении.
Собравшись было подниматься, он помедлил мгновение, чтобы взглянуть на «хранилище». Сразу становилось ясно, что ему уделялось особое внимание. Дверной проем, десяти футов в высоту и ширину, был тщательно вырезан и отшлифован, а двумя футами дальше, с другой стороны стены, была выдолблена борозда шести дюймов в глубину — Найл догадался, что некогда в нее входила массивная деревянная дверь, которую можно было опускать, как подъемный мост. Длинное прямоугольное углубление в потолке, казалось, подтверждало это предположение.
Найл предположил, что на этом месте была пещера до того, как в скале были выбиты жилища, поскольку стены помещения были неровными и испещренными углублениями, которые явно были созданы природой, а не человеческими руками. В дальней части, у стены, стояло несколько глиняных сосудов, в которых, возможно, хранилось масло или вино, и большой деревянный кубический предмет. Луч фонарика высветил искусную резьбу, изображавшую мужчину с напряженными ногами и руками, широко разведенными над головой, словно он удерживал непомерную тяжесть. Широко раскрытый рот создавал впечатление агонии.
Найл заглянул внутрь: предмет был вырезан из цельного куска древесины, очевидно, ствола дерева, насчитывавшего четыре фута в поперечнике; стенки были гладко обтесаны, а в середине аккуратно вырезаны. Но для чего он предназначался? Что в там содержалось? Его гладкая внутренняя поверхность не давала ключа к разгадке.
Найл опустился на колени, чтобы изучить днище сосуда. Оно находилось ниже уровня пола, в квадратном углублении в камне. Но зачем, удивлялся юноша, было утруждаться выдалбливанием поверхности?
Он тут же заподозрил, что сосуд скрывал дыру – или даже ведущий вниз проход.
Он уперся руками в одну из сторон и толкнул, чтобы узнать, сколько весит эта штука. Предмет оказался неожиданно тяжелым — гораздо тяжелее, чем полагалось при его размерах; даже всей силы Найла хватило лишь на то, чтобы приподнять куб на какой-то дюйм от пола. Он выпустил сосуд со вздохом и поднялся на ноги.
Капитан с любопытством наблюдал за этой попыткой, затем подошел и встал на место Найла. Он положил передние ноги на дерево, напрягся и толкнул. Поскольку шесть ног обеспечивали дополнительную силу давления, его позиция была выигрышной по сравнению с человеком. Сосуд наклонился, открывая находившуюся под ним дыру.
Не успел Найл посветить туда фонариком, как раздался страшный грохот, от которого лязгнули зубы, и они погрузились в полную темноту. Дверной проход был перекрыт какой-то преградой, и луч света выявил, что это была дверь, которая, очевидно, опустилась сверху.
Более близкий осмотр показал, что она сделана из цельного куска гладкого камня, который впритирку замыкал вход; дневной свет проникал только сквозь проем в несколько дюймов у верхнего края двери. Найл вспомнил шестидюймовую борозду, выдолбленную в стене по обоим сторонам дверного проема. Тогда он заключил, что она была сделана для деревянной двери, которая давным-давно рассыпалась в прах; на деле, эта каменная дверь тогда нависала у них над головами.
