Страна восходящего солнца полностью

Вышеупомянутое восстание на полуострове Симабара и островах Амакуса неподалеку от Нагасаки стало последней, запоздалой судорогой агонии католицизма в Японии в XVII веке. Многое свидетельствует о том, что социальные причины, в том числе непомерное угнетение крестьян местными феодалами (среди которых попадались откровенные садисты вроде даймё Мацукура, подвергавшего крестьян пыткам и казням с целью выжать из жителей этого каменистого бедного района Японии дополнительные налоги и покончить с христианством, варя заподозренных в горячих источниках), были основной причиной массового выступления отчаявшихся людей, которым угрожала голодная смерть. Если бы не это, то вполне возможно, что внешнее отречение и тайное исповедование христианства имели бы место здесь в той же мере, что и повсюду на Кюсю. Но слишком ретивые чиновники сёгуната в данном случае явно перегнули палку, результатом чего стало небывалое в истории Японии массовое восстание крестьян под христианскими лозунгами. Как бы ни пыталось правительство задним числом приписать факт начала восстания проискам чужеземных миссионеров, оно не смогло схватить ни одного из них – по той простой причине, что, как заметил современный американский японист Айвен Моррис, «восстание в Симабара было чисто японским делом».

По сути, добавим мы, хотя невероятный героизм повстанцев, безусловно, подпитывался легендами о скором конце ненавистного режима, конце, который принесет справедливый христианский Бог и

Его посланец – «мальчик, которому будет дважды по восемь лет,

Этот юноша, одаренный от рождения всеми способностями,

Без труда проявит свою божественную силу.

Тогда Небеса воспламенят свой цвет на востоке и западе,

А Земля заставит цветы расцвести до времени.

Уделы и провинции загрохочут и заревут,

А обитатели этих мест увидят деревья и поля, охваченные пламенем.

Все люди будут носить на шее крест с девятью драгоценностями,

И внезапно на полях и холмах взовьются белые флаги.

Все учения будут тогда поглощены истинной верой,

И наш Небесный Господь спасет людей этого мира…»

Перевод А. Фесюна

Далее в этой поэме, написанной, по преданию, популярным в среде японских тайных христиан португальским иезуитом за 25 лет до событий в Симабара, говорилось о том, что три учения (буддизм, конфуцианство и синто) будут заменены Единым (т. е. христианским). Многие отчаявшиеся японцы верили, что это станет предвестием неких апокалиптических событий, а возможно – и Страшного суда. И недостатка в его предвестиях не было – в 1637 году на Кюсю бушевали пожары, в небе видели странное красное свечение, но главное – внезапно осенью расцвела сакура!

И юноша шестнадцати лет, которого многие считали воплощением Иисуса, тоже явился. Звали его Масуда Токисада, но в истории он известен как Амакуса Сиро ( Сиро –то есть «четвертый сын» – с островов Амакуса), и был он сыном бедного самурая, служившего когда-то великому христианскому даймё Кониси Юкинага, а затем ставшего деревенским старостой. Отец Амакуса Сиро (далее мы будем называть этого юного трагического персонажа именно так) – Масуда Ёсицугу, мало того что был христианином, так еще и занимался смертельно опасным проповедничеством в Нагасаки и на островах Амакуса, причем в это дело были посвящены и его дети – дочь Регина и сын Сиро. Именно о Сиро, научившемся читать уже в четыре года, с раннего детства начали рассказывать, что он способен совершать разнообразные чудеса – к нему (как к великому Франциску из Ассизи) слетались дикие птицы, его видели ходящим по воде «аки посуху» и т. д. Эти и многие другие образы, творчески заимствованные из христианских сборников легенд о святых, имели немалый успех в среде ужасающе бедных, угнетенных, отчаявшихся крестьян-христиан южного Кюсю. Слава о появлении нового пророка, которого многие начали считать едва не воплощением самого Дэусу, распространились с потрясающей быстротой. В 12 лет Сиро стал слугой китайского торговца в Нагасаки, затем он какое-то время прислуживал влиятельному самураю из дома Хосокава (фамильные архивы этого рода содержат описание больших способностей, которыми был наделен юноша – и это несмотря на то, что князь Хосокава стал одним из главных руководителей подавления восстания в Симабара). Где-то в это же время Сиро был тайно крещен, получив при крещении имя Хиэронимо (Иероним). Многие исследователи полагают, что роль Амакуса Сиро в последующих событиях ограничивалась духовным лидерством, ведь юноша был совершенно не осведомлен в военном деле. Он был Тэндо(Дитя Небес), а в бой крестьян вели его отец и еще пять-шесть ронинов, неплохих организаторов и военачальников. Восстание было достаточно хорошо подготовлено – его организацией занимались старосты деревень, хотя основную массу восставших составляли все же крестьяне-бедняки. Все это подтверждает гипотезу о непомерно жестокой и неразумной эксплуатации этого региона сёгунским правительством, в результате чего стала возможной такая солидарность различных социальных групп крестьянства юга Кюсю.