— Во-во, а все равно издают. И вот представь, приходит мужичок, регистрирует редакцию или типа того, я не вникал, а там на самом деле книгу собирают для такой вот звезды. Негры литературные пишут, понимаешь? И выходит потом какая-нибудь книжка «Моя жизнь в искусстве».
— Но ты-то не похож на литературного негра. Даже на литературного дагестанца еле тянешь.
— А я ничего и не пишу. Я разные флешки с информацией перевожу по городу, и с этими самыми писателями договариваюсь, и их умасливаю. Иногда я им делаю подарки, иногда они мне. Пойдем, кстати, покажу.
Он провел меня в гостиную, где спали как минимум два человека. Несвежее белье, заляпанные диваны. На стене огромный российский флаг.
— Красиво тут у тебя, уютно.
— Смешно! Смотри, что подарил мне один писака.
В руках его было два пакетика: один с шишками, другой — с камушком гашиша.
— Будешь?
Прошло еще много времени, прежде чем Влад позвонил мне тем летним вечером. Я мало тогда задумывался, сколько правды в его рассказах о том, что он курирует литературных негров, и почему при таком хорошем заработке он спит на грязной постели, деля квартиру с четырьмя другими людьми. В тот вечер я попрощался с ним и решил какое-то время на связь не выходить. И вот спустя почти два года он снова дал о себе знать.
— Влад?
— Мужик, здорово! Как дела?
— Да лучше всех, как ты? Я думал, тебя закопали уже где-нибудь.
— Не дождешься. Слушай, мэн, хочешь денег заработать?
— Спрашиваешь! А что делать нужно?
Однажды, кстати, Влад меня уже позвал «заработать денег», а привел в контору-однодневку, где школьников нанимали, чтобы те щелкали по ссылкам.
— Давай лучше при встрече объясню. Все проще не бывает и деньги хорошие.
— Это законно хотя бы?
— Конечно! Приедешь?
— Куда?
— Железнодорожный, в Балашихе! И возьми щетку зубную!
— Ебать.
На следующий день электричка, постукивая по рельсам, везла меня из Москвы. Цивилизация, какой ее считали жители столицы, закончилась, начались пейзажи попроще и дома поменьше. Лето, солнце бьет в окна, бликуя в немытых стеклах. Каждые десять минут появлялся бедный дурачок, продающий терки для морковки, или фломастеры, или раскраски. Бабка с ведром яблок вытерла одно яблоко об себя и грызет. Мужик на соседнем сиденье попивает пиво. Несколько лысых парней с имперской символикой на футболках грызут семечки в конце вагона. Общежитие, все мои знакомые, убогая, но уютная комната оставались позади. Куда я еду, зачем и насколько, я не знаю, и никто у меня не спросил. До конца каникул еще два месяца.
— Станция Железнодорожный, — прохрустело в динамике.
Я выпрыгнул из вагона на платформу и впервые за долгое время, оказавшись за Москвой, почувствовал что-то, похожее на тишину, вдохнул свежего воздуха. Железнодорожный, значит. Растут деревья, на дорогах потрепанный асфальт, никакой собянинской плитки, земля местами усеяна окурками. Я будто снова дома, в Челябинске.
Влад встретил меня на станции, и мы зашли за продуктами. Я взял сок, пачку овощей и сигареты с зажигалкой.
— Может, ты что-нибудь еще возьмешь? Мяса какого-нибудь?
— Я мясо не ем.
Лицо его исказилось.
— Как не ешь? Шутишь, что ли? Мужик должен есть мясо!
— Правда? Не знал. Где прочел?
Новая квартира Влада была куда опрятнее прежней, но, видимо, в память о ней он оставил гору грязной посуды в раковине. Судя по окаменевшему жиру, она тут была давно.
— А чем ты вообще питаешься? У тебя же ни одной чистой тарелки нет.
— Да? Ха, мэн, ну я как-то и не готовлю, я все готовое покупаю.
— Много за квартиру отдаешь?
— 24. Мужик, переезжай в Подмосковье, тут жизнь, что в Москве делать? Ты посмотри, евроремонт, чистая однушка, район тоже чистый, пруд, спортплощадка, всего за двадцать четыре. Нахуй тебе эта Москва?
— А в универ ты меня возить будешь с утра?
— Встанешь пораньше. Ну что, это того не стоит?
— А деньги на квартиру ты мне дашь?
— Ты их тут заработаешь! В общем, я тебе говорю, переезжай.
Влад был из тех людей, кто на защиту любой глупой идеи найдет аргумент.
— Кстати, — спросил я, пытаясь отмыть хотя бы пару тарелок, — чем зарабатывать-то?
— Мужик, ты знаешь, кто такие риелторы?
— Я видел пару черных риелторов в сериалах. Если ты мне предлагаешь обманывать старух, то я ем и еду обратно.
— Ха, мэн, да какие старухи, все путем. Просто будем сдавать квартиры. Слушай, я поработал в одной конторе, всему научился и понял, что мне там просто нечего делать, я все умею делать сам. И на дядю я работать тоже не хочу, я больше сам заработаю.
Влад рассказал мне о том, что купил доступ в базу для риелторов, куда стекались номера и данные всех людей, которые ищут и сдают квартиры. Задачей риелтора было только грамотно их свести, всем угодить и получить свой процент. Звучит легко.
— Да, звучит легко.
— Еще бы! Я тебя сегодня всему научу, а завтра приступаем.
— Скажи, если ты справляешься, зачем тебе нужен я?
— Мне скучно тут одному, брат. Да и чтобы больше брать работы и больше зарабатывать, нужно иногда делить обязанности! Ты же хочешь деньги иметь, девочек по кино водить?
— Мне и одному в кино нравится ходить.
